Жрец Хаоса. Книга II

— И каким ветром тебя занесло в Россию, если твои боги там, а мы здесь? — не сдавался я, чувствуя, что приближаюсь к разгадке.

Она загадочно улыбнулась:

— Мне было видение, — прошептала она так, что её тёплое дыхание коснулось моих губ, — что истинную силу я обрету только рядом с гайдзином.

— Гайкокудзином, — машинально поправил я, чем вызвал у неё настоящий шок. Её глаза округлились, а губы беззвучно сложились в букву «о».

Похоже, в моём прошлом были познания японского языка, ведь «гайдзин» — довольно пренебрежительное прозвище для иностранцев в Японии, в то время как «гайкокудзин» — более вежливый и официальный вариант. Боги, во что я вляпался… Кем же я был раньше, если знаю такие тонкости?

— Обещаешь не вырываться и не устраивать истерик, если я тебя отпущу? — спросил я, чувствуя, что она уже достаточно успокоилась.

— А ты обещаешь меня не съесть? — парировала она, и в её глазах мелькнул искренний страх.

Я не мог сдержать смешка:

— Юмэ, если бы я хотел тебя съесть, я бы уже вспорол тебе горло своими клыками… которых, как ты можешь заметить, у меня нет. Мои интересы лежат в несколько иной плоскости, и если ты продолжишь так выразительно ёрзать подо мной, ты очень скоро об этом узнаешь.

— Нет, так дело не пойдёт, — внезапно возмутилась она, и её нос задорно вздёрнулся.

Я мысленно хмыкнул. Как будто я не понимал, что лишать невинности жрицу в собственной спальне — не самая разумная идея. Особенно учитывая её происхождение и возможные последствия. Хотя её поведение определённо не соответствовало образу скромницы.

— Первый раз должен быть особенным, — неожиданно серьёзно заявила она. — Он должен произойти в священном месте силы, чтобы мы могли впитать его энергию и поднять наши ранги.

Моя первая мысль была не о её удивительной раскованности, а о том, где бы раздобыть подробную карту таких мест — это могло стать прекрасным поводом для совместного путешествия. Хотя её слова звучали как-то слишком… методично для романтики.

— Я надеюсь, ты шутишь? — попытался я уточнить, заглядывая в её глаза в поисках насмешки.

Но она лишь серьёзно покачала головой, гордо вскинув подбородок:

— Ни капли. Это очень важно для нашего будущего.

Плюнув на эротические подробности нашего странного знакомства, я решил перейти ко второй части этого русско-японского балета, который с каждой минутой становился всё более абсурдным.

— Что это за ракшасы такие, если ты приняла меня за одного из них? — спросил я, стараясь говорить максимально чётко, чтобы незнакомая терминология не запутала меня ещё больше.

Юмэ нахмурила свой изящный носик, и её человеческие ушки нервно дёрнулись, будто у лисицы:

— Я и сейчас не верю, что глубоко в тебе не сидит ракшас, — пробормотала она. — А если подробнее… ракшасы — это демоны кошмаров.