Жрец Хаоса. Книга I

В целом, бедным род Угаровых точно не назовёшь, судя по обилию блюд на завтрак. В наличии было столовое серебро с вензелями горгулий и такого же толка сервиз, на деньги от продажи которого та же семья Беловых могла бы прожить несколько лет, а то и больше. И прочее, прочее, прочее.

Упоминать про мебель дорогих пород, облицовку мрамором каминов и новомодное магическое освещение даже не стоило. Нигде не было следов запустения, всё что могло сверкать, сверкало, как у кота… кхм… шерсть.

А вот блюда, что интересно, разносили всё же живые слуги. Отсюда можно было сделать вывод, что далеко не весь штат прислуги в поместье Химерово был укомплектован созданиями нашей дорогой прабабки. Правда, стоило отметить, что возраст слуг явно стремился где-то, как минимум, годам к семидесяти, если не больше. Но они живо выполняли свои обязанности и явно не были поднятыми умертвиями. Что, опять же, умному человеку могло сказать и нечто другое, например, что в замке присутствовали исключительно доверенные и проверенные временем люди."

"Мы ели молча.

Более того, периодически я ловил на себе перекрёстные взгляды Эльзы и княгини, которые с любопытством посматривали, каким образом я буду есть и какие приборы буду использовать.

Ведь был выложен полноценный столовый набор из тридцати одного прибора, и это не считая тарелок, блюдец, чашек, бокалов, рюмок и прочего…

Что ж, пришлось не разочаровать бедных дам и использовать приборы по назначению.

Не знаю, что больше их удивило, то ли мои познания в этикете столовых приборов, либо же то, что я хоть и несколько неуклюже, но всё же орудовал правой рукой.

Лишь насытившись и отложив приборы, а вместе с ними и салфетки, мы перешли к разговору. И начала его княгиня весьма неожиданно:

— Ну что же, теперь, когда все насытились, и я не испорчу кому-либо аппетит, вам, как наследникам князей Угаровых, стоит самостоятельно выбрать, какой частью тела или органом чувств вы готовы пожертвовать, чтобы принять в себя истинное наследие рода.

Глава 4

Эльза заметно побледнела. Сжав губы, она молчала. Только глаза при этом у неё размером соревновались едва ли не с чайным блюдцем.

Я же обворожительно улыбнулся прабабушке, подозревая, что она попросту шутит. А если не шутит, то в целом нет никакой большой беды, если я избавлюсь от кое-чего. Во всяком случае, у многих мужчин со временем сие и так пропадает, так зачем тянуть.

— Я готов пожертвовать волосяным покровом от и до, если это даст возможность существенно улучшить собственные шансы на выживание в этом мире.

Лишь сказав про этот мир, я едва не прикусил в себе язык. Ведь так же легко можно было вскрыть собственные карты. Но, кажется, мои слова восприняли исключительно как оговорку.