Ваш любимый доктор, или Дело всей жизни

С непонятной улыбкой на лице он глядел, как я обрабатываю руки и надеваю перчатки. Инструменты в чемоданчике я всегда держала чистыми. Йен бросился раскладывать на столике все необходимое и вдевать нити в иглы, а я склонилась над мужчиной. Он был бледен и находился на грани, грудная клетка вздымалась еле-еле, грудь и живот украшали колотые раны, вдоль плеча тянулся длинный глубокий порез.

Вдох-выдох. Я справлюсь. Помогла же Норвину, хоть у него и была одна рана, зато очень опасная.

Глубоко внутри я ощутила слабый отклик артефакта и то, как Пискун помог собрать и направить магические потоки к ладоням. Последнее время целительское зрение активировалось само по себе, стоило только о нем вспомнить. Я видела рассеченные сосуды и мышцы, было задето легкое. Выбрав две самые опасные раны, накрыла их ладонями.

– Раздели потоки, Эл, – посоветовал Пискун.

Я, как всегда, действовала по наитию. Представила, как полноводная золотая река, наполнившая меня до краев, разделяется на два рукава. Ладони стали такими горячими, что я закусила губу от боли. Подушечки пальцев нещадно кололо, в груди сделалось тяжело.

Браслет-артефакт, сросшийся с моей сутью, начал просыпаться. Его сила смешалась с моей собственной, хлынула в раны. Магическим зрениям я видела, как ласково она окутывает стенки поврежденных сосудов, и те медленно срастаются!

Когда кровотечение остановилось, я перешла к следующим двум ранам: поврежден был кишечник. Фамильяр хвалил меня и подбадривал, собственные силы таяли, но то, что моя магия творила настоящие чудеса, стоило всего. Внутренние повреждения затягивались, жизнь, что уже готова была покинуть тело мужчины, потихоньку возвращалась.

Когда магическая часть лечения завершилась, я еле стояла на ногах, перед глазами плыло, картинка была нечеткой. В операционной стояла полная тишина, или у меня уже что-то со слухом? Но надо собрать волю в кулак и закончить дело. Умница Йен уже начал соединять мышцы, клетчатку и кожу слой за слоем. Я подцепила держателем вторую иглу и присоединилась к нему.

Если бы Йен не учился на лекаря, мог бы стать швеей: так аккуратно действовал парень.

– Очень интересно, юноша, кто вас научил так узлы вязать? – раздался голос декана, и Йен дрогнул.

– Нейра Эллен.

– Нейра, значит. Хмм… – задумчиво протянул Морриган."

"Его заинтересовали самые банальные хирургические узлы из моего мира, здесь делали немного по-другому.

– Знаете, я в детстве увлекалась шитьем, – начала сочинять я на ходу. – Бабушка так делала, и я подумала, что в целительстве такие удобные узлы тоже можно применить.

– Но насколько я помню, ваши бабушки умерли еще до вашего рождения, нейра, – возразил декан.

Ух, а коленки-то дрогнули. Умеет этот Морриган воздействовать на психику, этого не отнять.