Восемь жизней

Первый раз не увлек девушку — попробую снова. В кафе позову или в сауну.

— Не потянешь, Борис Иванович, приличную сауну, к которым такие дамочки приучены. Ты ее лучше в тир ко мне приводи — для первой встречи свежо, неизбито. И ты себя сможешь выгодно продемонстрировать — вызовешь уважение и восторг, пощекочешь нервы. Я со своей стороны гарантирую теплый прием, пристальное наблюдение и отдельный кабинет с диваном и журнальным столиком.

— Журнальный столик нас не выдержит, — хохотнул Рублев, и Андрей понял, что Комбат принял решение действовать в намеченном направлении.

Через минуту он набрал знакомый номер — хозяйка была вне зоны доступа.

«Что ж, будем упорствовать, набирать каждые двадцать минут. Не в метро же она едет…» — решил Рублев. Он наконец потянулся за бутербродом, отхлебнул из стоящей напротив чашки и поморщился. Чай был едва теплый, горький, отвратительный на вкус. Пока готовилась свежая заварка, Комбат беспрерывно набирал «вышедшую из сети» Светлану. Трубка не отвечала. Андрюха посоветовал «притормозить», сделать паузу. Он утверждал, что едва госпожа Волошко включит свой мобильник, как ей сразу прибудут сообщения о том, кто звонил. Если кавалер сумел заинтересовать эту даму — она обязательно перезвонит сама. Так и случилось. Судя по отобразившемуся номеру, звонила Светлана с обычного городского телефона. Сказала, что заскучала и решила «сходить в народ» — так она выразилась.

— Сижу в кафешке, пью горький кофе, трубка разрядилась и погасла. На минутку включила — и сразу сообщение, что вы, Борис, неоднократно мной интересовались. Хорошо, успела номер на салфетку переписать — и аппарат мой снова «умер». Так что, если желаете составить компанию, приезжайте, диктую адрес…

— Слишком гладко, Боря! Не нравится мне такой поворот событий, — Андрей искренне волновался. — Сам посуди — аккумулятор у нее сел, допустим. Но слабо верится, что у такой мадам одна трубка в сумочке и обе враз отключились. Это первое…

— Второе — не я с ней флиртую, а она со мной. А ей, в отличие от меня, это совсем невыгодно. Я, конечно, верю в любовь с первого взгляда, но не у нее ко мне. Не та это женщина.

— Решено, Борис Иванович, едем вместе. Я первый приду, займу столик, окопаюсь — вроде как поздний клиент. Тебе позвоню, отчитаюсь — много ли людей в зале, похожи ли на бойцов. Если все спокойно — придешь; если обстановка не внушит доверия — позвонишь прямо в кафе и скажешь, что пробил колесо и погнал машину в автосервис. А выводы сделаешь правильные.

Тут ключ в замке повернулся и раздались детские голоса — вернулся Сережка. И не один: несмотря на позднее время, Таня была вместе с ним.

— Извините, Борис Иванович! — она почти заикалась от смущения.