Жизнь за жильё

В честь визита к большому руководству Василий Петрович облачился в тёмно-синий гражданский костюм с чёрным галстуком. Весь вид оперативного работника показывал дикую усталость и глубокую обиду на своего товарища за несправедливо назначенную работу в выходные дни. Алексей выразительно пожал протянутую ладонь, похлопал друга по плечу и сообщил:

— С меня пиво.

— Одним пивом не отделаетесь, господин советник юстиции, — воспрянул духом милиционер.

— И лещ, — добавил Князев, протягивая удостоверение личности сотрудникам на первом этаже. О пропусках Борцов позаботился заранее. Ровно в 14.00. оба сотрудника вошли в кабинет заместителя начальника Управления уголовного розыска, по размерам не уступающий месту работы заместителя прокурора города. Обстановка и мебель кабинета с двумя огромными окнами, выходящими на Захарьевскую улицу, выглядели гораздо скромнее прокурорских. Полковник милиции, плотный мужчина в гражданском костюме, вышедший из-за стола навстречу гостям, с улыбкой протянул руку:

— Добрый день, Алексей Павлович. Давненько не виделись. Здравствуй, Вася. Шикарно выглядишь. Галстук жена подбирала?

Максим Владимирович вдруг заметно смутился, видимо, вспомнив умершую год назад супругу Князева и мысленно отругав себя за бестактность, жестом указал обоим на стулья. В УУР ГУВД Питера старшего следователя городской прокуратуры хорошо знали и уважали за невероятную трудоспособность, решимость и понимание проблем оперативно-розыскной деятельности. Князев не отсиживался в кабинете, всегда старался быть в числе первых на месте преступления или при аресте злодеев. В надзорном ведомстве однажды отметили, что старший следователь получает своё табельное оружие чаще всех сотрудников городской прокуратуры.

Полковник милиции Борцов и советник юстиции Князев были знакомы с незапамятных времён, дорожили отношением и всегда старались поддерживать друг друга. Максим Владимирович, присутствовавший на похоронах жены Алексея, ещё раз мысленно обозвал себя толстокожим, сам присел в кресло, обвёл взглядом следователя с опером и сказал:

— Алексей Павлович, со всем уважением к прокуратуре, начнём с вас. С чем пожаловали?

— Максим Владимирович, я звонил ещё в пятницу с сообщением о наших планах по внедрению сотрудника в бокситогорскую банду.

— Палыч, это твой план, а не наш, — влез в разговор майор Жилин. — Я, конечно, поддерживаю. Но, сомневаюсь…

— Василий, да кто же не сомневается, — усмехнулся Борцов. — Даже мне не вспомнить, когда мы в последний раз внедряли нашего человека в организованную группу."

"— В 1985 году, дело спекулянтов на галёрке Гостиного двора, — вспомнил Князев и добавил: — Мы там с ОБХСС работали и пристроили к торгашам молодого опера под видом иностранца.