Жизнь за жильё

Медицинских работников никто вызывать не собирался, и опытный коллега по употреблению спиртных напитков взял лечение в свои руки:

— Подожди, Иван! Опохмелиться, это тебе не зуб вырвать. Тут профессионализм нужен и ювелирная точность. Сейчас мы тебе спирт разбодяжим мягче, чтобы первая рюмка как по маслу прошла.

Иннокентий с Аликом вышли из комнаты. Вскоре сосед по комнате прибежал с чайной чашкой в руке и захватил с подоконника бутыль с водой:

— Держи! Сам сможешь? Я тебе холодненькую сделал, ровно тридцать градусов. Больше тебе пока нельзя, иначе мотор перегрузишь.

Иван с трудом уселся на матрасе, вновь прислонился спиной к стене, попытался удержать чашку в руках и поднести ко рту, но руки тряслись так, что чуть не выронил посуду. Кеша успел перехватить чашку:

— Да, болезный, дошёл ты до ручки. Я твою голову поддержу и помогу микстуру принять.

Сосед одной рукой схватил затылок больного и второй поднёс чашку к лицу. От запаха поднесённого напитка Иван чуть не блеванул, но смог удержаться и усилием воли загнал содержимое посуды внутрь. Запил водой. Организм принял холодный разбавленный спирт и начал благодарно усваивать. Дрожь прекратилась… Иван Рудольфович откинулся на матрас:

— Спасибо, Кеша!

— А то! Первая рюмка, она кудесница.

— Красиво выражаетесь, Иннокентий Константинович.

— Дык, мы же интеллигентные люди. Пойду сам приму на грудь грамм сто. И не меньше! А ты, Ваня, полежи пока, приходи в себя, — довольный результатом сосед быстро вышел из комнаты."

"Опохмелившийся человек закрыл глаза и с удовольствием начал фиксировать возвращение организма в привычное русло. «Надо будет повторить минут через десять, а потом попросить Кешу чего-нибудь сварганить горяченького…». Эти минуты воскрешения из небытия становились самыми счастливыми мгновениями в сегодняшней жизни Ивана Рудольфовича. Чуть позже прибежал раскрасневшийся Иннокентий со второй чашкой:

— Будем жить, камрад! А теперь сами, сами.

Вторая порция огненной воды упала в желудок мужчины и растворилась в крови. Жить стало легче, жить стало веселей. Даже появился аппетит. Гражданин Шильд сам смог подняться с матраса и, держась за стенку, аккуратно выдвинулся на запах пищи. Квартира оказалась однокомнатной, с крохотной кухней, на которой еле уместились газовая плита, стол, пара стульев и табурет. Когда-то стены были выкрашены в благородный синий цвет, со временем краска отслоилась и висела лохмотьями. Иван обратил внимание, что он на голову выше соседа. Иннокентий готовил в кастрюльке на небольшой электрической плитке, установленной на столе. Страдалец осторожно присел на расшатанный стул:

— Камрад Кеша, а у нас ничего пожрать нет?

— Потерпи немного, Ваня. Я тут как раз соляночку из сосисок готовлю.