Жизнь — жестянка (СИ)

Он обходит машину и ни слова ни говоря садится рядом со мной на пассажирское сиденье.

— Вас… Вас надо куда-то подвезти?

— Нет, Ксения Михайловна. У меня просто приказ — куда вы, туда и я.

Улыбается. Телохранитель, блин. Кино и домино. А что делать? Придется производить фурор в родном офисе. Явлюсь на совещание вся такая таинственная, непонятная вся, с вооруженным охранником за плечом. Пытаюсь вспомнить, когда последний раз выбиралась с дачи. Выходит — сто лет назад, на Коршуновском Порше… Начинаю невольно с особым вниманием поглядывать в зеркала заднего вида. Но там, за спиной, вроде все в норме. Никаких бешеных преследователей с оружием наперевес не наблюдается.

До офиса мы добираемся безо всяких проблем. Трачу три часа на перетирание разных рабочих моментов. Все это время Антон — так зовут моего неожиданного охранника — скучает в приемной, сидя напротив водителя моего продюсера. Вот ведь работенка, прости господи!

На обратном пути заезжаю на заправку. Там как всегда очередь. Сидим ждем. Антон курит в окошко, предварительно испросив на то мое согласие. Я слушаю музыку. Нашла хорошую станцию, где одна старенькая песенка сменяет другую почти что без рекламы. Постукиваю пальцами по рулю в такт: «Я, ты, он, она, вместе дружная семья…» Почти как у меня… Не очень, конечно, дружная, но почти семья… Я, Коршун и Кондрат со Стрелком… Правда София Ротару выкрикивает эти свои «я, ты, он» так энергично, как будто счет безвозвратных потерь ведет. Чпок, чпок, чпок… Один готов, второй… Бр-р… Какие-то неправильные у меня ассоциации. Мрачные слишком. Не буду. Не хочу и не буду. Переключаю станцию на полпесни и так решительно, что Антон косит на меня внимательным глазом. А потом когда подходит моя очередь на заправку, отказывается остаться в машине и волочется следом за мной.

За спинами девушек на кассе работает телевизор. Идут вечерние новости. Я обращаю внимание на экран после того, как вижу на нем физиономию Коршунова. Типичный бандит — криминальное фото, фас, профиль. Морда разбита, взгляд злой. Исподлобья. Прошу сделать погромче и успеваю все-таки ухватить суть. Общественности представлен профессионально сляпанный компромат на господина Борзунова."

"Бандит и убийца по кличке Коршун, который под давлением Борзунова был освобожден из-под стражи, проходит в сюжетике как основное доказательство коррумпированности высокопоставленного чиновника. Прав был Стрельников — подстава. С кем-то Борзунов не поделился или не договорился, и его решили свалить. Какая интересная все-таки у них там наверху жизнь! Полная неожиданных поворотов и многочисленных сортиров, в которых несмотря на обещанное, почему-то мочат не чужих, а своих…

Плачу за бензин и уже из машины звоню Олегу.