Жизнь не видел, смерть познал

А мне глубина нужна…

– Ну что ж, большому кораблю, большое… э-э… погружение…

Оксана ускорила шаг, как будто собиралась оторваться от него. Но Антон тоже умел ходить быстро, поэтому не отставал.

3Рубаха пересохла и никак не хотела разглаживаться. Антон стоял в одних джинсах за гладильной доской и с остервенением давил на горячий утюг.

– Что, никак? – с ехидством и вместе с тем огорченно спросила Оксана.

– Никак – это когда тебе за семьдесят и женщины тебя уже не интересуют. А у меня пока все тьфу-тьфу!

– Помочь?

– Не надо. Как-нибудь сам справлюсь. С Таней.

– При чем здесь твоя Таня? – Оксана хотела улыбнуться, но вышла какая-то скорбная гримаса. – Я бы могла помочь рубашку погладить…

– Ты бы лучше меня погладила, – сострил Антон.

Ему нравилось, что девушка ревнует, злится. Она не хотела, чтобы он шел на свидание с Таней. Потому что знала, чем оно закончится.

– Утюгом? – не осталась в долгу Оксана.

– Пошли со мной. Спросишь у нее, чем нужно мужчину гладить.

– И что она скажет?

– То, что я хочу, то и скажет.

– А что ты хочешь?

– Любви. И уж точно не сестринской.

– Тебе Таня очень нравится?

– Мне нравится, что она хочет быть моей женщиной. И то, что в сестры не набивается…

– Ты озабоченный развратник!

– Развратник не может не быть озабоченным! Тем более на курорте, когда вокруг море соблазнов. Нет, полное море соблазнов. Поплыл налево – две русалки, поплыл направо – три… А дома – Снегурочка. Красивая, но ледяная…

– Это ты обо мне?

– Если про Снегурочку, то да.

– Хочешь, чтобы я растаяла?

– И хотел. И ждал. Но так и не дождался…

Кое-как Антон справился с рубахой, оделся, заправился."

"– Уходишь? – с досадой спросила Оксана.

– Природа зовет.

– Ты – похотливый кобель!

– И ничего не могу с собой поделать!

– Ну и проваливай! – не на шутку разошлась девушка.

– До завтра!

Антон помахал ей рукой. Но вынужден был остановиться.

– Завтра меня здесь уже не будет!

Он мог бы сказать, что ему все равно. Но это было неправдой. Он не хотел, чтобы Оксана исчезала.

– Это нечестно, – нахмурился он.

– А уходить к этой честно?

– Но разве у меня есть перед тобой какие-то обязательства?.. Ты же не хочешь быть со мной.

– Хочу – не хочу… Ты в ответе за тех, кого приручил!

– Ты не животное, чтобы тебя приручать.

– Я женщина… Я слабая беззащитная женщина… И ты приручил меня. А теперь подло бросаешь…

Оксана села на диван, ладонями закрыла лицо и тихонько заплакала. Антону ничего не оставалось, как сесть рядом.

– Я никуда не иду, – сказал он, обнимая ее за плечи.

– А как же Таня? – всхлипнув, спросила она.

– Подождет немного и уйдет. Я для нее короткий эпизод. Так же как и для тебя.