Жизнь не видел, смерть познал

– Чтобы бы видел во мне родную сестру. Чтобы не было нескромных мыслей.

– Каких мыслей?

– Обжигающих. У меня есть парень, я его люблю, и мне бы не хотелось, чтобы ты имел на меня виды.

– То есть ты даешь мне от борта? Вот так сразу и бесповоротно… А кто тебе сказал, что у меня нескромные мысли. У меня тоже есть девушка, которую я люблю…"

"Антон лукавил. Но и обманом его слова тоже нельзя было назвать. Пусть и в другой жизни, но девушка у него была. И он любил ее. Не важно, что в прошлом.

– Погоди, кто у тебя есть? – очнулся он. – Парень или муж? Ты говорила: муж.

– А ты что, в милиции работаешь? – съязвила Оксана.

– Нет. Но память у меня хорошая. Ты говорила – муж и семеро детей.

– А мне что, нельзя заглянуть в будущее? Мой парень станет моим мужем, я рожу ему семерых детей. Неужели не понятно?

Антон кивнул. Ему стало понятно, что у них с Оксаной не может быть общей судьбы. Она учительница, любит детей, работает с ними. Она – земная и домашняя, и ей нужен обычный муж, с которым не страшно завести ребенка. И ей вовсе не нужен киллер… А именно наемным убийцей Антон и был. Да, он очищал землю от «мусора», но, как бы то ни было, делал он это за деньги. Ведь не за красивые глаза куратор, в приложение к паспорту и билету, вручил ему конверт, в который были вложены пятнадцать стодолларовых купюр.

– Все понятно. И я умыт… Жаль, что не заладилось знакомство.

Антон снял рубаху, повесил ее на плечики, лег на полку, вытянувшись во весь рост.

Завтра они будут в Симферополе, и Оксана исчезнет с его жизненного горизонта. Шансов на курортный роман с ней у него нет, так что лучше не рвать жилы под языком. К тому же он так устал за последнее время, что удовольствие доставлял один только процесс ничегонеделания. Лежать всю дорогу в комфортных условиях, ощущать присутствие прелестной спутницы, вдыхать аромат ее духов – разве ж это не прекрасно?

Оксана не стала тревожить парня. Достала из своей сумки глянцевый журнал, раскрыла его перед глазами. А поезд катил по рельсам. Тук-тук-тук-тук…

Проснулся он, когда в купе уже горел свет. Соседка лежала на полке, в руках все тот же журнал.

– Чайку? – спросил, поднимаясь, Антон.

Пусть и нет у него шансов на интимную с ней близость, право на родственные отношения у него имеются. Ведь она сама предложила ему формулу «брат-сестра».

– Если не трудно.

Антон сам сходил к проводнице, попросил принести чай. Когда вернулся, Оксана уже хозяйничала за столом. Курочка в фольге, яйцо, сыр, фрукты, овощи… Курица была и у Антона. И тоже в фольге. Он купил ее в ларьке возле вокзала.

Он полез за своей провизией, но девушка его остановила:

– Сегодня – мое, завтра – твое.

– Как скажет строгая учительница, так и будет, – пожал плечами Антон.

– Сейчас я не учительница, – весело улыбнулась соседка по купе.