Жизнь не видел, смерть познал

Баня и сарай для лодки находились за забором, и пройти к ним со стороны леса вдоль реки не составляло труда.

В доме, судя по всему, никого не было. И банька пустовала. Тишина. Только слышно, как плещется вода о берег да стрекочут сверчки.

На двери в баню висел тяжелый амбарный замок. И лодочный сарай тоже закрыт, но рядом с ним в траве валялась деревянная лестница, по которой можно было залезть на чердак. Что Антон и сделал.

Чердак был низким, тесным и пыльным. Зато парень чувствовал себя в безопасности. Нечистая сила его не пугала. Пожалуй, его бы не смутило, если бы этот сарай стоял посреди кладбища. Сейчас он находился в таком состоянии, когда бояться мог только самого себя.

Он предполагал, что ожидание может затянуться на все выходные. Поэтому прихватил с собой рюкзак с провизией. Взял он и фонарь, и топор, и саперную лопатку, и нож, и даже садовую ножовку. Автомат само собой. Не важно, что всего с одним магазином.

Ночь была длинной, спать не хотелось. От нечего делать Антон аккуратно разобрал полчердака, осмотрел сарай изнутри. Лодки там не было, только хлам и вода у ворот.

Строение было без фундамента. И это навело парня на мысль сделать подкоп. Чтобы выйти к бане, он должен был как минимум спрыгнуть с чердака. Но при этом его могли заметить. А если он аккуратно вылезет через подкоп, тихонько подойдет к объекту… К тому же за делом и мысли дурные не так одолевают.

Трудился Антон всю ночь до рассвета. И лаз под сараем проделал, и расстояние от него до бани просчитал. Продумал и путь отступления.

Первую половину дня он проспал, вторую – мучился сомнениями. Несколько раз поддавался искушению убраться отсюда подобру-поздорову, но всякий раз хоть и с трудом, но останавливал себя."

"Мимо ходили люди, на пристани резвились деревенские купальщики, но банька так и оставалась на замке. Наступил вечер, за ней ночь, но дом за оградой не подавал признаков жизни. Антон то злился, то радовался. Хотелось рассчитаться с подлецами, сломавшими ему жизнь. Но в то же время не хотелось их убивать. Первое перевешивало второе, но если не будет возможности отомстить, то ничего и не произойдет… И все же он набрался терпения пережить и эту ночь. Завтра – воскресенье, и, возможно, троица еще пожалует сюда.

Он уже засыпал, когда в ночной тишине до него донеслись чьи-то голоса. Кто-то громко рассмеялся. Открылась и стукнулась о бревенчатую стену дверь. В окнах бани загорелся свет… Антон глянул на часы. Половина первого ночи. Не слишком ли позднее время для веселья?

Антон с чердака спустился внутрь сарая. Через щели в досках хорошо просматривалась баня и вход в нее. Дверь открыта настежь. На пороге под козырьком двое – мускулистые парни в шортах и майках-борцовках, цепи на шеях. Один широколицый и кряжистый.