Жизнь под чужим солнцем

И на юге она с самого утра бежала к морю, в детской надежде посидеть около него, чтобы все прошло. Все проходило. Мама вылечила ее поездками к морю, которое оставляло ее, в общем-то, равнодушной, потому что озеро в любимом Бабушкине было гораздо интереснее. Но помогло все-таки море, а не озеро.

«Я сейчас там посижу, и все пройдет», — сказала себе Даша. Ей не хотелось плакать, не хотелось кричать. Ей не хотелось ничего. Все, что было непонятно, что напоминало о себе тихим нашептыванием где-то под самыми тайными мыслями, все прояснилось, и стало удивительно, как Даша не поняла раньше. Ведь Алина сказала же ей почти прямым текстом…

— Даша! Даша, постой!

Максим догнал ее, запыхавшись. Оказывается, она шла достаточно быстро.

— Даша, я хочу тебе все объяснить… Черт, неудачная фраза, дело не в объяснении, просто… Даша, я тебе раньше ничего не говорил, потому что… Послушай меня, пожалуйста!

Она обернулась к нему."

"— И почему же ты раньше ничего не говорил? — спокойно спросила она. — А ведь у тебя была масса возможностей. Знаешь, я абсолютно уверена: если бы мне гиды сейчас не сказали, что ты ее бывший муж, то я так бы и не узнала об этом никогда. Хотя вообще-то мне следовало раньше догадаться, потому что Алина мне сама все сказала. Вы так старательно делали вид, что друг с другом незнакомы! Но в то утро, когда ее убили, она накричала на меня и назвала тебя юристом-самоучкой. Она не могла знать такой подробности из твоей биографии, если только вы не были хорошо знакомы, правда? Ты мне рассказывал, что у тебя нет юридического образования! Так какого же черта оба вы притворялись все время?!

Она перешла на крик, и проходящая мимо них пожилая пара обернулась. «Успокойся, — сказала себе Даша, — на тебя обращают внимание…» Да мне плевать, закричал кто-то внутри, я одного не понимаю, зачем все это было нужно?!

— Я одного не понимаю, — выдохнула она, — зачем все это было нужно?! Вот вся эта ваша игра. Вы так остроту потерянных ощущений возвращали, что ли?! Ну да, такие милые ролевые игры… А после смерти-то ее ты с кем продолжал играть?

— Я не играл, — негромко ответил он. — Ты все не так поняла. Пожалуйста, сядь, мне тяжело разговаривать стоя.

— Мне плевать, тяжело тебе или нет. Если не хочешь, можешь и не разговаривать. Без твоих объяснений все ясно!

— Да ничего тебе не ясно, — поморщился он. — Даша, послушай… Когда мы разводились с Алиной три года назад, мы расстались очень плохо. У нас был не цивилизованный развод, а сплошные джунгли и пожирание противника. Мы не то что общаться потом, но даже видеть друг друга не могли — когда на улице встречались, то на разные стороны дороги переходили. Сейчас все кажется смешным и… детским лепетом каким-то, а тогда было довольно тяжело.