Жизнь на общем языке

Потому общение с Софьей Михайловной не то чтобы оборвалось, мама обязательно поздравляла твою бабушку с праздниками и несколько раз отправляла посылки с сибирскими дарами, но, как обычно бывает в жизни, когда люди разъезжаются, каждого захватывают свои дела-заботы и они теряют связь друг с другом.

– Да, «инертность жизни», как называет этот процесс мой папа, – покивала Клавдия и решительно заявила: – И все же я прямо настаиваю, чтобы мы встретились в ближайшее возможное время и ты продолжил свой рассказ о вашей жизни после возвращения в Россию, а то остановился на самом интересном месте. И еще про Монголию.

Ладожский не ответил. Смотрел на нее внимательно, явно размышляя над каким-то вопросом. А Клаве вдруг пришла четкая и яркая картинка-вспышка памяти: вот так же останавливался взгляд мальчика Матвея, когда приходила ему в голову неожиданная, интересная мысль, которую непременно надо было срочно обдумать, иначе она ускользнет.

Он так и объяснял маленькой Клаве: «Все самые важные мысли, они юркие и очень шустрые, пробегают-шмыгают, словно дразнят. И, если не успеешь ухватить эту мысль за хвостик, притянуть к себе, обдумать, прокрутить и повторить пару раз, она так и убежит, и уже никогда ее не выудишь ниоткуда».

Понятно, что после столь загадочного объяснения маленькая Клавдия просто прилипала к нему с расспросами: куда это она шмыгнет, в норку, что ли, и где эта норка, и как понять, какая мысль важная, а какая ерундовая, и как ее поймать… и так далее, так далее. А он ничего, не раздражался и совсем не сердился, а подробно отвечал на все ее детские «почемучки».

– Через два дня мне надо лететь в Монголию по делам.

«Надумал», – поняла Клавдия, когда Ладожский заговорил.

И в который уже раз поразилась тому, как много она, оказывается, сохранила в памяти про него и про то их короткое общение: очередной четкой картинкой всплыло перед ее мысленным взором воспоминание о том, каким обычно делалось выражение лица Матвея Ладожского, когда он, что-то всесторонне обдумав, приходил к конечному выводу или принимал решение.

Вот точно такое, как в данный момент. Поразительно!"

"– Полетели со мной, – ошарашил Матвей Клавдию предложением. – Всего на несколько дней: день на перелет, два полных дня там и день обратно. – И расцветил свое предложение некоторыми деталями и заманухами: – Перелет долгий, с пересадкой, у нас будет куча времени, чтобы спокойно, неторопливо и даже подробно поговорить, пообщаться – и задать друг другу любые интересующие вопросы, и ответить на них. Мне, например, очень важно узнать о тебе и о твоей жизни как можно больше.