Взять живым мёртвого

– Лидия Адольфина Карпоффгаузен, – чётко выделяя каждое слово, уважительно поправил я. – И, как вы знаете, у неё пунктик на соблюдении законности.

– Мы не сможем вернуться…

– Именно! А значит, должны довести это дело до логического конца. Да будет вам панику разводить-то, и не такие расследования проводили. К тому же я домой хочу!

– Ох и вправду чегой-то ступила я, – перекрестившись, опомнилась моя домохозяйка. – Куды бежать-то? От кого бежать? Рази когда мы от судов европейских бегали?! Да я сама всех поубиваю…

– Ну, это тоже перебор.

– А ты не лезь под горячую руку!

– Да что ж с вами сегодня?! На своих бросаетесь.

– А, значит, энто я злая? Плохая, значит, бабка? Ну дык и брось меня, дуру старую, уходи куда хошь, чё те со мной время терять-то, а?!

Если бы не почтенный возраст, я бы прямо сейчас решил, что у неё ПМС какой-то.

Нет, мы и раньше ссорились, ругались, но не так, чтобы на пустом месте. Согласитесь, это вообще уже ни в какие ворота не лезет. Я прав! В чем я не прав?! Но она, чтоб её, всё равно…

К тому моменту, как я окончательно сформулировал свою мысль, а глава нашего экспертного отдела взялась за ухват, в дверях появился Митя. Улыбчивый, довольный, с закатанными рукавами, в волосах застряли клочки серой шерсти.

– А вот спорим, что не подерётесь?

– Лучше рассказывай, как справился с задачей. – Я отважно повернулся к Яге спиной, зная, что в такой ситуации она по затылку не ударит.

Служба превыше всего! Сзади раздался нервный стук поставленного на пол ухвата.

– Докладываю всё как есть. Сказок врать не стану, тока честь по чести, без украшательств да придумок всяческих, фантазий опять же левых. Потому как ежели и товарищам верным, и начальству любимому, и Бабуленьке-ягуленьке родной правды не говорить, так кто я есть в таком случае?

– Подлец, как я разумею! Совершеннейший подлец и гад ещё к тому же, каких поискать. Для такого-то вора и злодея, что от главы отделения, от самого сыскного воеводы, правду скрывает? Не место ему в наших рядах! И ежели тока вдруг у нас в отделении такового замечу, так своей же рукой по шеям ему, по шеям!

– А коли вдруг сами меня на том деле поймаете, ну коли вдруг соврал чего али чёй-то не так преподнёс, вроде как не под тем соусом, без должной внимательности ко деталям или мелочам разным, какие любому следствию бесконечно важные, тогда от, карайте меня, сотруднички! Своею безжалостной рукой так на том самом месте и карайте!

– Митька-а-а!!! – взревели мы с Ягой, одновременно хватаясь за один тот же ухват.

Пока мы вырывали его друг у друга, наш долговязый нахал преспокойно уселся на скамью, заграбастал со стола самый большой пряник и продолжил:

– По приказу вашему, Никита Иванович, отец родной, я ту фройляйн маленькую до бабули ейной сопроводил.