Живые

Раз – и сунул обоим готовые бутылки со смесью, причем детей даже не вынимал из кроваток, приспособил еще сонным. Заранее завел себе будильник на планшете, заранее встал и все сделал.

Мальчишки поели, он их переодел, тоже сонных, быстренько устроил каждого на боку, укрыл тонкими одеяльцами, и те продолжили сладко сопеть, довольные и круглые. Сытые и милые. Не дети – а просто загляденье.

Вторая девочка, Ева, покапризничала немного, но ей Колька тоже успел сунуть бутылку и, таким образом, ловко управился с тремя сразу.

А Эмма просто извелась вся с одной-единственной девочкой.

– У нее характер, как у Тайки, – проговорил Колька, укладываясь спать прямо на полу и подсовывая под голову сложенное вчетверо детское одеяльце.

– Я не выдержу такой жизни, – буркнула ему в ответ Эмма.

Ночь была беспокойной и бессонной. Пока держала малышку на коленях и переживала, как бы не уснуть и не уронить ее на пол, в голову лезли всякие мысли. Сначала думалось о том, как же раньше люди растили своих детей, когда еще не наступила Эпоха Робототехники?

Это же нереально – не спать каждую ночь. Нереально все время носить ребенка на руках. Как тогда матери мылись? А в туалет как ходили? Эмме довелось отлучиться один раз – так Дианка орала до посинения, пока Эмма не прискакала обратно, с мокрыми руками, злая и нервная.

Или раньше детей поили какими-то снотворными, чтобы спали?

После вспомнились Таис и Федор. Живы ли они? Почему-то Эмма была уверена, что живы. Когда она думала об этих двоих, то просто не могла представить их мертвыми. Не могла, и все. Странная уверенность внутри неизменно твердила, что Таис и Федор живы. Только где они сейчас?

Ответа не было. Теперь не было даже возможности посмотреть, где находятся крейсеры Гильдии: не работали системы голограмм, а окон на Втором уровне почти не было, если не считать библиотеку.

Точно, у них есть библиотека, и в ней окно! Надо будет глянуть, как только Диана уснет…

Но Диана отказывалась спать в кровати, и Эмма, с трудом устроившись в кресле, наконец задремала сама. Сон сморил, навалился тяжелым туманом, и глаза закрылись.

Проснулась Эмма оттого, что кто-то тряс ее за плечо. Разлепила глаза, поморщилась и увидела совсем близко Лизу-зайку. Рыжие передние прядки Лизы сияли неожиданно ярким и веселым цветом, резко выделяясь на фоне темно-русых волос. Острые стрелки ресниц взлетали к самым бровям, челка топорщилась, губы разъезжались в веселой улыбке.

– Ты чего это? Ты же уронишь ребенка? Почему не устроила в кроватке?

– Она не спит там, – пробормотала Эмма, осторожно придерживая малышку и поворачиваясь.

Дианка слегка сморщила нос, еще больше вытянула губы, но не проснулась.

– Вот еще, как это не спит? А где она желает спать, козявка мелкая? Давай ее сюда, теперь моя очередь с ними сидеть.