Живые

Или вернемся вместе с Федором, или останемся там… тоже вместе…

Эмма посмотрела на залитое слезами лицо Таис, на твердо сжатые губы, на мокрые стрелки ресниц и, словно отвечая на свой давний вопрос, произнесла:

– Ты любишь его, Таис. Ты любишь Федора.

Таис. Мы сможем жить среди людей…

Звон. Тонкий, непрекращающийся звон и тошнота. Головная боль, разрывающая виски.

Пустая спальня, кровать, Федькин матрас. Федькин голос в наушниках.

Она слышала все. Слышала, как он кричал, когда на него напали несколько тварей сразу. Слышала, как он упал, как удалось ему отползти в сторону и найти вентиляционный люк. Каким-то чудом получилось забраться в этот люк и закрыть решетку с помощью отвертки.

Слышала вой и рычание зверей. Непрекращающийся вой, непрекращающееся рычание. Стая загнала свою добычу и не собиралась уступать. Десятки наглых, сильных тварей караулили Федора в темных коридорах.

Егор хотел забрать у нее наушник.

– Не надо слушать, не стоит, – проговорил он и протянул руку.

И тут же получил по плечу.

– Пошел вон! – крикнула ему Таис. – Ты ничего не понимаешь!

– Я понимаю, – тихо ответил Егор, – я понимаю.

Егор не понимал. Не понимал ту пустоту, которая останется, если Федор погибнет. Без него ничего не будет иметь смысла, все станет холодным и ненужным.

Глядя на стены спальни, Таис так четко и ясно поняла, что всегда была счастлива. Пусть ее счастье было злым и даже яростным, но оно было, это счастье. Были ночи, когда Федор согревал ее своим теплом, встречал после охоты, шутил и помогал тащить рюкзак с едой. Были дни, когда они вместе смеялись над всякой ерундой, болтали часами или ругались с Вальком.

И за всем этим счастьем стоял Федор. И жизнь без него казалась теперь бессмысленной и пустой. Вот что такое любовь. Это когда человек становится частью тебя, твоей души, и без него жизнь оказывается половинчатой и души тоже остается только половина.

Федор всегда был рядом, даже в ее мечтах о будущем. Зачем теперь ей удобная каюта на Втором уровне? Зачем хорошая еда и классная одежда? Чтобы умереть с тоски?

Лучше бы она осталась там и истекала сейчас кровью вместе с ним. Лучше бы она не спасалась.

– Федя, я люблю тебя, – шептала Таис и слышала в ответ только стон.

Что с ним? Насколько серьезно он ранен?

В общей комнате Вовка рассказывал Егору о том, что они нашли что-то особенное во фриковых ангарах.

– Там есть, где укрыться, есть рубки диспетчеров, удобные и безопасные, – говорил он.

«Безопасные…» – эхом отозвалось в голове у Таис.

Если бы можно было каким-то образом отвлечь стаю и вернуться за Федькой. Ведь он еще жив, она слышит его прерывистое дыхание. Она буквально чувствует, как бьется его сердце.

– Я вернусь за Федькой, – пробормотала Таис и вышла в общую комнату.