Живучий

По мне, так никакой магии в этом не было. Но это работало.

Вечный запах от стойл теперь не разносился по всему лагерю от каждого резкого порыва ветра в нашу сторону. Наши часовые не засыпали у себя на посту обдуваемые свежим ветерком. Вокруг лагеря каждый вечер появлялась живая изгородь, которой еще час назад тут не было.

В общем, я поверил в силу шаманов, когда они были на своей земле."

"Вот и сейчас они отошли на небольшую площадку и до нас доносились их заунывные вопли-песни.

Но Дея подбежала ко мне совсем не из-за этого.

– Пойдем, ну пойдем, посмотрим, – начала упрашивать меня девочка, и я даже знаю, о чем она говорит, вот уже какой день подряд эта ситуация повторяется. – А то я одна боюсь. А кроме троллей они к себе подпускают только тебя.

И Дея права. Речь сейчас идет о тех странных скакунах демонов, что я привел в лагерь.

Они завораживают Дею, она готова сидеть и смотреть на них часами. Только вот те наоборот сторонятся всех, кроме меня и троллей. Да и то, как я понимаю, последних они подпустили к себе лишь по той простой причине, что это я тогда попросил скакунов об этом.

«Вот и думай после этого о том, что они не разумны и не понимают, что им говорят».

Кому предназначались эти верховые гиганты, все почему-то догадались мгновенно. Десять скакунов стоят и ждут кого-то, а у нас есть десять пеших походников.

Арифметика сошлась один в один. Вот только подойти к ним боялись очень долго, очень уж зловеще горели их огненные глаза.

Но, в конце концов, кто-то из троллей все-таки набрался решимости и сделал пару шагов вперед. Скакуны никак не прореагировали. Но как только к ним захотел приблизиться кто-то еще, то они сразу насторожились и начали бить передними лапами. Чуть ли не рычали. И поэтому такие попытки познакомиться с ними поближе в тот момент все оставили.

Что будет, если оказаться в пределах досягаемости этих их сильных лап и острых серых зубов, никто проверять на себе не хотел, а потому заботу о них полностью переложили на троллей, которых скакуны восприняли совершенно спокойно.

А про меня узнали случайно.

Мой драг, поросенок четвероногий, залез к ним и, распихав этих огненных монстров, будто так и должно быть, принялся есть из их кормушки.

Им, видите ли, мясо в тот раз положили более вкусное, чем ему.

Всполошенная Дея прибежала за мной, крича и размахивая руками.

Я прошел за драгом и вывел его из стойла этих огненных скакунов. Только вот слишком близко я к ним находился, когда это произошло, а от тех никакой реакции.

В тот же вечер мне в нашей палатке устроили допрос с пристрастием. Пришлось сознаться, что это я привел животинок в лагерь, а то стояли в лесу одинокие и никому не нужные. Жалко их стало, а у нас были те, кому они подошли бы в самый раз.