Мечников. Том 3. Живое проклятье

— И опыт подсказывает мне, что это не единственные симптомы. Что-то ещё, кроме ног, вас беспокоит?

Шубин покраснел, а затем тихо бросил какую-то фразу, которую мне даже не удалось расслышать.

— Что-что? — переспросил я.

— Не стоит — говорю! — разозлился он. — Что непонятного, господин Мечников⁈ Посмеяться надо мной захотелось? Я же… Я много общаюсь с дамами, но… Ни черта не получается! Не работает, зараза! Никакого толку от него больше нет. Хоть отрезайте его ножом! Тьфу!

Шубин разозлился не на шутку. Похоже, это и было главной причиной его обращения ко мне.

Ноги не так сильно беспокоили дворянина, как он пытался это показать.

— Господин Шубин, успокойтесь, проблема с вашей половой жизнью и боль в ногах связаны напрямую, — заявил я.

— Ноги… — он осёкся. — Как они могут быть связаны⁈ Это же совершенно разные органы! Я хоть и не лекарь, но прекрасно это понимаю.

— А сейчас вы всё поймёте. Обещаю, что из этого кабинета вы выйдете здоровым. Да не просто здоровым. Вприпрыжку поскачете к дамам!

Шубин чуть со стула не рухнул.

— Если вы вернёте «ему» былую силу, господин Мечников… — прошептал мужчина. — Я… Я на вас свой дом перепишу!

— Ну с домом вы явно погорячились, — улыбнулся я.

Мне такие предложения ни к чему. Лишний дом мне, конечно, не помешал бы. Но сейчас Шубин на эмоциях реально перепишет на меня что-нибудь, а потом будет ныть, что я сам у него выпросил жильё. С такими людьми лучше быть аккуратнее.

Но заболевание его я всё равно вылечу. Уж больно классическая симптоматика. Этот синдром ещё не открыли, он получит своё название только в первой четверти двадцатого века.

А называется он — синдром Лериша.

Однако, прежде, чем спешить с постановкой диагноза, я лучше всё же уточню у господина Шубина, нет ли других симптомов. Не хотелось бы ошибиться, зацепившись за знакомую клиническую картину. А то за ней может запросто скрываться какое-нибудь магическое заболевание. Как я понял из первых параграфов трактата Асклепия, их бывает крайне много!

— Давайте обобщим, Прохор Николаевич, — произнёс я. — Хромаете, болят ноги и признаки эректильной дисфункции, верно?

— Последнее не понял, — нахмурился он.

— Как вы сами выразились — «не стоит».

— Ах, да-да, — закивал он. — Всё верно описали.

— А бывает ли такое чувство, будто ноги покалывают? Особенно та, что уменьшилась в размерах? — поинтересовался я.

— Не то слово, Алексей Александрович. Порой кажется, что я ноги в ледяной воде держу. То немеют, то просто зудят так, будто их тысячей игл протыкают.

Парестезия. Скорее всего, из-за недостаточности кровообращения. Пока что всё укладывается в синдром Лериша. А то, как хромает Шубин, я успел заметить даже по его переходу из фойе в мой кабинет.