Мечников. Том 3. Живое проклятье

И тогда Рокотов придёт за ним лично.

Боже, во что же я ввязываюсь? Мне не хочется ввязываться в новые проблемы, но при этом я не желаю жертвовать судьёй. После жертвы, которую он принёс… Нет. Уверен, что и клятва лекаря со мной солидарна.

Я молча направил часть своей магии в его плечо, чтобы зарастить пострадавшие ткани, после перешёл к ногам, обработал переломы обратным витком, чтобы свести шанс инфекции к нулю, а затем дал приказ лекарской магии восстановить кости, сосуды и мышцы. С только что полученным запасом маны мне это далось без труда. Тем более, структуру костей я знал прекрасно и дать чёткий приказ своим силами было не сложно.

Я повернулся к окошку, через которое мог поговорить с Синицыным и Щеблетовым.

— Илья, слышишь меня?

— Да, Алексей, — кивнул он. — Что такое? Мы уже подъезжаем!

— Скажи дежурному лекарю, что судья сгорел дотла, — заявил я. — Что от него остался только пепел.

— Но ведь… — замялся Синицын. — Он ведь тут лежит.

— Так надо. Я спрячу его. Не задавай лишних вопросов — объясню всё позже. Мне нужно, чтобы вы с Александром оба молчали.

Синицын кивнул, а Щеблетов, почесав свою искусственную бороду, произнёс:

— С каким Александром? Не знаю никакого Александра! Я — Архип. Саратовский извозчик. Мне вообще до ваших дворянских интриг нет никакого дела.

Зараза, а голос этот Щеблетов меняет очень внушительно. Будто ему не тридцать лет, а в три раза больше. Готов поспорить, что этот хитрец замораживает свои голосовые связки. Так качественно ни один актёр свой голос не изменит.

И в этот момент я понял, что из всех моих пациентов в сознании остался ещё кое-кто. Марфа.

Я взглянул на женщину, и та тут же прошептала:

— Я всё слышала. Не беспокойся, милок. Мёртв наш Константин, сгорел! Кто спросит — так и отвечу.

— Спасибо, матушка, — улыбнулся я. — А ты, Александр, вези нас к госпиталю. Выгрузим Марфу с Акимом. Их сопроводит господин Синицын. А потом…

Я задумался. Идей насчёт укрытия судьи у меня не было. Кроме моего дома вариантов больше нет. Что ж, придётся рискнуть.

— А потом повезёшь нас на Полевую лицу, — заявил я. — Покажу путь, не беспокойся. Тут недалеко.

Вскоре Синицын высадился, вытащил за собой Марфу и Акима. Пришлось ненадолго положить их прямо на снег, но вскоре подоспел наш вечный сторож Макар и помог затащить стариков в здание.

Я же указал дорогу к своему дому, а когда мы добрались до места, помог судье Устинову выбраться наружу и повёл к входу в особняк.

— Наш договор в силе, Алексей Александрович, — наиграно старческим голосом прокряхтел Александр Щеблетов. — Скоро я свяжусь с вами через Синицына. Проценты мы уже утрясли, верно?

— Верно, — ответил я, стараясь удержать на ногах Устинова. — Всё, как и договорились.

— Отлично… — удовлетворённо вздохнул мужчина.