Рожденная жить (СИ)

Продолжая идти в ускоренном темпе еще три часа, я понял, что теперь мы их точно «загнали», девочки заметно устали и, перемещались неуверенно переставляя ноги. Уже час, как юноши забрали у них мешки. Но я не понимал их молчания, никто не жаловался и, кажется, если мы не остановимся, они просто молча начнут падать прямо на ходу! Как только эта мысль пришла мне в голову, я объявил привал. Мои люди приступили к приготовлению обеда, а эти непонятные дети сняли свернутые в скатку плащи и, расстелив их на траву, просто легли рядышком друг с другом, по- прежнему не говоря не слова.　

Через час обед был готов и мы позвали «дворянчиков» трапезничать. Поднявшись, не глядя на нас, они пошли к ручью. Честно говоря, было понятно, что дети обиделись и поняли, что мы специально ускорились, дабы показать им, что за обузу нам навесили!　

Но уже через несколько минут наше мнение о подростках резко изменилось, и события резко ускорились.　

Один из моих подчиненных, молодой и довольно несдержанный, никогда раньше не общавшийся с высокородными господами, возмущенный тем, что его проигнорировали в то время, когда он позвал ребят обедать, решил остановить проходящую мимо него рыженькую девочку, схватив ее за плечо. Остановить его я не успел и с трудом разглядел быстрое движение графини, в результате которого молодой олух оказался лежащим на спине у её ног. Она стояла, опираясь коленом на грудь, и держала острие стилета у его горла. Следующих двух полудурков, кинувшихся ему на помощь, я не остановил уже специально, чтобы увидеть реакцию остальных детей.　

Первого из них остановил паренек, ударив в основание черепа пробегавшего мимо торопыгу, свалив этим его с ног и тоже приставив нож к горлу. Второму не повезло больше всех. Торопясь, он не обратил внимания на вторую девочку, которая заступила ему дорогу. Мы все сначала не поняли, почему он резко остановился и почти не дышит. Оказалось, что обнимая и придерживая его за талию одной рукой, другой она приставила стилет к его паху. Сразу после этого я подал знак всем остальным не двигаться и не вмешиваться.　

На поляне, где мы остановились, повисла напряженная тишина. Прежде, чем я смог попытаться разобраться в возникшем недоразумении, мы все услышали спокойный голос Рыженькой:　

— Запомни, егерь! Я Графиня Данелия Ринвел! За неподобающие поведение по отношению ко мне, за попытку схватить меня руками, за разговор в оскорбительном для меня тоне, я имею право просто перерезать тебе сейчас горло. Благодаря твоему поведению, твои друзья, вместе с твоим командиром, не предотвратившим столкновение, не объяснившим подчиненным правила поведения, могут быть сосланы на каторжные работы.