Нарисуем, будем жить

Значит, твои сородичи не страдают?

— Нет канешна инагда проста скушна

— А тебе брат не запрещает жить у меня?

— Нет он винават прасти иво прасти прасти

— Ладно, ладно, успокойся. Значит, ты согласен переехать со мной в другую квартиру?

— Да! Да! Да! Ура! Думал ты бро забу — фликус старательно замалевал, что он там думал и дописал: -

Я так рад! С табой так интересна У меня еще ребусы вот!

— Эх ты врунишка, — прерывисто вздохнула, вытирая платочком нос и припоминая первую версию фликуса: — Команда ученых… поменяли приоритеты… изучили все на свете… Я и думаю, что за дебильная раса такая? За сто лет отупеть и забить на все открытия. Почему бы корабль не починить?

Так бы сразу и сказал, что вы все маленькие.

В альбоме прибавилось еще одно совершенно неискреннее извинение, потому что смайлик радостно улыбался.

— Прасти:-)

После этого разговора долго стояла в душе под струями теплой воды приводя мысли и чувства в нормальное состояние. О том, как мучаются бедные детки уже сто лет, я старалась не думать.

Шестнадцать сирот! От жалости начинали градом катиться слезы. Постаралась думать о том, что где то действительно живет гениальная раса, состоящая из умных сущностей. И они не остановятся ни перед чем в своих поисках, не опустят щупальца и когда-нибудь обязательно приземлятся на Фероне.

Прилетят за детьми.

И только благодаря моему роману местные жители окажутся в теме.

«Сардана покрутилась перед зеркалом. Платье для первого бала было просто великолепным хоть и непривычным. Слишком открытые плечи, слишком глубокий вырез. Здесь такой вырез называют декольте. Очень красиво!

— Ты прелестна, девица! — завопил зябл, появляясь на подоконнике. — Хозяин увидит, обомлеет.

— Спасибо за комплимент. Уча, а почему ты магистра Оливера называешь хозяином? -

полюбопытствовала иномирянка.

— Как почему? Он хозяин дома, в котором я живу, а еще он хозяин кухни, в которой меня кормят и хозяин кровати на которой я сплю. Он везде хозяин. Хи-хи! А если серьезно в моем мире гости всегда так обращаются к тем, у кого гостят. Для меня это нормально. А скажи, Сарданочка, ты танцевать то умеешь? Не опозоримся мы на балу то?

— Обижаешь! Я же аристократка нас этому с детства обучают.

— Тогда по идее ты должна презрительно надувать губки и не общаться с беститульным зяблом.

— Настоящие аристократы никогда не кичатся своим положением и дружат не в соответствии с титулом, а судя по поступкам. Ты мне нравишься и этим все сказано.

— Хорошо, тогда давай проверим, как ты сильна в танцах.

Учкудук взмахнул лапками и взмыл над подоконником.

— Уча, ты умеешь летать? — ахнула Сардана.

— Левитировать, балда! Это заклинание левитации, — хихикнул зябл и подлетел к высокой каминной полке на которой стояла шкатулка.