Нарисуем, будем жить

— Что вы, леди Яра! Вы бесценное приобретение для журнала!

— Может все-таки «госпожа»? В академии ко мне так обращаются, мне не хотелось бы вводить вас в заблуждение и разочаровать в дальнейшем.

— Да вы что? — искренне возмутился лорд Фартон. — Такой стиль письма, такая грамотность! Леди и только леди!

Из редакции я вышла в приподнятом настроении. Очень-очень приподнятом, до самых небес.

Нашла глазами шпиль академии, определилась с маршрутом и, тихонько напевая, направилась «домой». К единственному существу в этом мире, ожидающему меня в нетерпении, которому я не безразлична. К Феде.

Меня не интересовали ни прохожие, ни проезжающие мимо экипажи. Казалось, ничто и никто не сможет вырвать новоиспеченного младшего сотрудника из блаженного состояния счастья. Я сегодня такой экзамен сдала! Такую работу интересную нашла! Кажется, жизнь налаживается.

Вот так шла никого не трогала, наслаждаясь невероятной удачей, и вдруг почувствовала, как мне в шею дыхнуло чем-то горячим. Мозг панически выдал: монстр большой и страшный навис надо мной сзади и сейчас откусит голову! Меня сожрут! Взвизгнула, отскочила в сторону, резко развернулась, готовясь дать отпор ужасному чудовищу и натолкнулась на любопытную морду черного жеребца.

— Ой, девушка, вы приглянулись моему коню, — раздался знакомый издевательский голосок. — Так уж и быть, садитесь, подвезу. Бесплааатноооо…"

"Тиморис, сидя на козлах, откровенно ржал и наслаждался произведенным эффектом. Я машинально влепила коняке щелбан между глаз, он удивленно хлопнул ресницами. Красивые! Одновременно захотелось и погладить животину и треснуть еще разочек. Для успокоения нервов.

Раздираемая противоречивыми чувствами, обошла животное, влезла в коляску и отвесила малолетнему хулигану оплеуху.

— Напугал, зараза!

Мальчишка заливисто расхохотался.

— Классно, да? Это я его научил, — гордо похвастался проказник. — Знаешь, как девчонки визжат?

— Балда ты, Тимка, кто же так за девушками ухаживает? — облегченно выдохнув, плюхнулась на мягкое сиденье. — У меня сейчас сердце из груди выскочит и руки до сих пор дрожат.

— Зато весело.

— Да уж! Слушай, весельчак, а Ветер твой личный конь?

— Ага, я его сам выходил! У дядьки моего в деревне большое хозяйство. Он там лошадей и коров разводит, а жеребенок родился слабенький совсем. Я с ним в стойле несколько ночей спал, но выходил. Никто не верил! Ну, дядька мне его и подарил.

— А карета тоже твоя?

— Ага, моя. Папа на новую заработал, а эту мне по наследству передал. Я вообще жених хоть куда!

Нарасхват! — горделиво приосанился мальчишка и, повернувшись ко мне, доверительно сообщил: — Я

чтоб ты знала, по два золотых в день зарабатываю. Прикинь!

— Да ты что! — наиграно всплеснула руками.