Играть, чтобы жить

"

"Мы не упустили случая козырнуть мощью клана, вновь пригласив родителей нашей малышни. И даже сироты вместе с отказниками не стояли в грустном одиночестве.

За бесхозных ребят уже давно шла серьёзная подковёрная борьба среди сорвавшихся соклановцев. Усыновить шустрого пацана или удочерить непоседливую красавицу – мечтали практически все дамы и половина мужчин.

Трепыхались на ветру флаги клана, отбрасывали тень многочисленные штандарты поверженных противников, принесённых в дар Неназываемому. Настороженно бдила утроенная охрана, путались под ногами гоблины-чекисты.

Почётное место занимала бутылка шампанского, привязанная шёлковым шнуром к коленному суставу механоида. Я мысленно катал на языке имя голема и купал его в протуберанцах своей Искры, надеясь одарить будущую надежду клана частицей силы.

Приблуда был торжественен, как маршал, принимающий парад. Куда только пропала привычная сермяжная простота и вечная рассеяность гения крафта?

Мастер настоял на полной комплектации голема перед пуском: «в момент активации и осознания себя механоид должен быть на пике своей силы!»

Из Арсенала и Сокровищницы доставили драгоценные контейнеры с Накопителями, опечатанные ларцы с боевыми и защитными артефактами. Тяжи и Скауты подошли своим ходом, поднялись по пандусу и заняли места на кронштейнах автосброса. Прямо авианесущий крейсер, а не голем!

Требование белоруса выделить положенные по штату ингредиенты и расходники для десанта я отмёл как несуразные.

– Приблуда, хорош борзеть! Ты, как Дурин, всё под себя гребёшь! Вон и Павший подтянулся, не заставляй бога ждать!

Мастер мгновенно сделал стойку и извлёк из инвентаря огромный сосуд, выдолбленный из цельного рубина.

Приблизившись к Неназываемому, он протянул бутыль и низко поклонился:

– Великий, поделись своей Силой с искусственным созданием! Подари ему Жизнь!

Павший с недоумением посмотрел на трёхлитровую тару и, приподняв бровь, уточнил:

– Сколько?

– Сколько не жалко!

Пашка хмыкнул, улыбнулся, поднёс запястье к горлышку сосуда и одним усилием воли отворил вену.

Драгоценная кровь бога потекла по рубиновым стенкам, быстро густея и превращаясь в один гигантский кристалл невероятной силы.

Неназываемый бледнел на глазах – он делился не столько кровью, сколько своей истинной сутью. Бог уже хотел было отдёрнуть руку, но Приблуда резко перехватил его кисть и неожиданно жёстко скомандовал:

– Ещё!

Я обалдел от дерзости, граничащей с безумием, и возмущённо гаркнул:

– Приблуда?! Охренел?!

Павший мгновенно потемнел лицом от ярости, но не стал запарывать процесс. Многообещающе зыркнув на белоруса, он продержал вену открытой ещё с десяток толчков могучего сердца.