Играть, чтобы жить

Теперь вот еще и светляки поперли буром, клеймя все, что способно отбрасывать тень…

Я впервые попал в английский кластер и теперь осторожно крутил головой, высматривая достопримечательности. Окружающие строения выглядели величественно и монументально. Здания гильдий казались дворцами, а сама королевская резиденция гордо подпирала облака и отбрасывала тень на треть города. Такое ощущение, что ресурсы, сэкономленные на проработке архитектуры русского кластера, с лихвой выплеснулись на благословенные земли англосаксов. Как говорится, хочешь сделать хорошо — сделай сам…

Окончательно добивая хрупкий баланс, наглы возвели у себя Главный Храм Светлоликого, дающий материнскому кластеру немалое количество бесплатных плюшек. Лихие парни — преждевременная смерть от скромности им явно не грозит. Ну да ничего, щас мы тут кое-что подрихтуем…

Сунуться в самое логово противника меня заставила не жажда приключений, а данное Ллос обещание и непрекращающаяся атака на Неназываемого.

Когда, вручив на хранение Асмодею гуттаперчевую тушку Тавора, я вернулся порталом в Первохрам, то первым, что приковало мой взгляд, была фигура Неназываемого, застывшая на обычно пустующем троне. Пальцы бога, судорожно вцепившиеся в подлокотник, плющили декоративные накладки черненого серебра и крошили благородный оникс. Кровавый пот стекал по вискам Павшего, однако утереть его было некому.

Верная Макария скрутилась калачиком в ногах у главы пантеона и, обхватив голову руками, скулила от боли. Рядом метался разъяренный и не знающий чем помочь Ауле, размахивающий светящимся и брызгающим каплями магмы молотом. Временами он замирал на мгновенье, прищурившись, высматривал что-то в астральных далях, а затем с молодецким хеканьем сбрасывал разряд накопленной энергии по невидимой мне цели.

Реальность едва заметно вздрагивала, воздух в Первохраме плыл, словно над домной. Вряд ли Ауле бил прицельно — увидев настоящего противника, повел бы себя по-другому, однако и бездействовать он не мог, поэтому лупил килотонными магическими ударами по площадям — куда бог пошлет.

Пугающая ярость Отца Всех гномов загнала в угол мой комитет по встрече.

Я и сам слегка просел на задние ноги, ощутив на себе тяжелый бычий взгляд красноватых глаз, украшенных сеткой полопавшихся сосудов. Предостерегающе поднял руку:

— Спокойно, Ауле, свои! Сейчас со всем разберемся!

Быстро взбежал по ступеням трона, бесцеремонно перепрыгнул через растянувшееся тело Макарии, успев засечь удивленный взгляд богини.