Играть, чтобы жить

Классом не ниже «Новы»! И с постоянно активированной «Пентаграммой Призыва», причем Высшего Круга! Рисовать мелом из толченых костей праведника, свечи из жира дракона-альбиноса, в узловых точках бриллианты идеальной чистоты!

Настал мой черед морщить лоб:

— Не понял, а сам ты не можешь к нам переместиться? Мне за тобой каждый раз мотаться накладно — портал денег стоит, причем немалых, ползамка купить можно!

Асмодей немного поборолся со своей жабой и чувством самосохранения, затем нехотя стянул с пальца кольцо:

— Держи. Такая же Печать, что осталась от Верена. Только повторный призыв возможен через сутки.

— Ого, отлично! А почему у Козлорогого целых полгода?

Демон раздраженно рявкнул:

— Помру — и со мной так же будет. Пока сознание соберешь в кучу, пока энергии накопишь на воплощение… Да и время ТАМ бежит по-другому! Ладно, пошли! Вон уже — твоих ведут…

И действительно, какой-то мелкий демон подсоединил к длинной цепочке шрамированного с ног до головы орка и повел послушный караван безвольных тел по ступеням наверх. Я двинулся было следом, как в спину меня нагнала едва слышная просьба Асмодея:

— Лайт…

— Что? — Я обернулся не столько на зов, сколько на непривычный тембр голоса всемогущего демона.

— Ты только не забудь меня призвать, если вдруг не уберегу свою шкуру… По… Пожалуйста… Сотни лет плавать в Великом Ничто, медленно теряя разум, — врагу не пожелаешь…

Я молча кивнул, переваривая сказанное. Асмодей доверил мне собственное воскрешение! Ну да, вряд ли кто-то до меня сподобился прокачать фракционные отношения с демонами хотя бы до «нейтральных», я уже не говорю про «симпатию», но все же…

Вновь длинный марш по сырой лестнице, на этот раз — наверх. Тусклое светило Инферно умудрилось ослепить глаза, по ушам ударил возмущенный рев «Кимхэ», разглядевших вереницу скованных тел своих товарищей. Гневные выкрики быстро сменились на тревожные: пленники не узнавали друзей, жен, даже отец сорвавшегося семейства безразлично глядел сквозь трех сыновей.

Проморгавшись и морщась от шума, поднял руку, требуя тишины:

— Погодите, дайте Асмодею пару минут для возврата душ, пока что это лишь пустые оболочки.

Корейцы отступили в стороны, недобро поглядывая на демона. Ну не сложилась у них дружбы — и ладно, мне только на руку. Разделяй и властвуй, политика, итить ее…

Пасс когтистой лапы — и тела пленников выгнуло дугой. Они рухнули на землю, принеся с собой из астрала затухающий крик ужаса в пересохших глотках. Толпа в страхе отшатнулась, но затем колыхнулась назад, бросаясь к упавшим — обнимать, успокаивать, где-то даже рыдать на груди у испуганно вращающего глазами человека. М-да, выход из общего наркоза — это детский лепет по сравнению с возвратом из бесконечных кошмаров.