Играть, чтобы жить

А что может он? Внести в ПК-лист клана? Творить козни? Бурчать под одеялом? Три раза «ха»!

Предложение силы альянса сделали вменяемое: сто тысяч золотом в год, с предоплатой за первые десять лет. За миллион Анунах себе ничего путного не построит, но лиха беда начала. Пока что его клан будет жить в одном из восьми крыльев Первохрама, заодно и приведет его в порядок. Гномы сразу же начнут работы над цитаделью, задатка им хватит. А зомбаки тем временем присоединятся к добыче ресурсов. Так тихой сапой на замок и накопают.

У Даны сразу же включился женский инстинкт и начался период гнездования. По моей наводке она связалась с Бэрримором и остаток вечера провела за обсуждением архитектурных излишеств.

Мужики же пили трехсотлетнее вино, вели неторопливую беседу, временами отрываясь на попискивающие приватные сообщения. Все ж таки лидерам серьезных структур отдыхать непросто…

Утром следующего дня я стоял во дворе Первохрама и, нервно покусывая губу, глядел на куцый строй оставшихся в живых ухорезов. Семнадцать дроу. Лучшие из лучших.

Срок найма истекал через девять минут, продлевать контракт слишком дорого, а терять ребят, обрекая их на великое «Ничто», абсолютно не хотелось.

И тогда я решился!

Глубоко вздохнул, настежь распахнул вселенную своей души и пошел вдоль строя. Абсолютная память скрипела шестеренками, на ходу отфильтровывая вчерашние картины боя.

— Ты! Я видел, как вчера ты бился над телом парализованного заклинанием товарища, не подпуская к нему пятерку противника и даря драгоценные секунды на восстановление! Достоин славы! Нарекаю тебя Вячеславом, жалую звание сержанта и полсотни монет премиальных. Подсказываю: лучший бордель в городе у матушки Кло. Казначей — отсыпь воину золота!

— Ты! Вражеский пиромаг сжег тебе все лицо, оставив лишь помутневший белок правок глаза. Но ты все равно добрался до его горла и затушил горящий доспех кровью врага. Как себя чувствуешь, вижу, подлатали тебя наши доктора? Глаза вот только разноцветные стали…

Ухорез с красно-белыми зрачками браво вытянулся:

— Да на мне как на собаке!

— Молодец! Благодарю за службу! Нарекаю тебя Кутузовым, жалую званием старшего сержанта и правом носить алый бант на рукаве!

Следующий…

— Ты! Потрясающе работал в паре с гончей. Признаюсь честно, такой синхронности в атаках я еще не видел!

Парень смущенно улыбнулся:

— Так они же все понимают, лучше боевого паука! Для них даже не надо так громко думать — хватает простого желания.

— Отлично! Будете и дальше работать двойкой! Дарю тебе имя — Кинолог! Жалую званием сержанта и правом ношения эмблемы в виде собачей головы!

Скосив глаза на часы, я заторопился. Быстро перечислял подвиги, нарекал именем и уникальной изюминкой.