Играть, чтобы жить

Изучая подноготную мира, Ауле лишь удивленно качал головой:

— Бардак! Слишком молодой мир — нет Света и Тьмы, одна лишь серая муть в стакане. Потребуется время, чтобы грязь осела на дно, привычно разделив реальность напополам. Чистота и свет вверху, осадок и тина внизу. Но вот кто окажется где — непонятно. Например, Светлоликий, со своими мрачными пристрастиями, меня крепко напрягает. Боюсь, не сойдемся мы с ним характерами…

То, что за новую жизнь придется побороться, бога абсолютно не беспокоило. Он и в прошлых реинкарнациях не был паинькой. Именно его руками была выкована цепь, удерживающая олицетворение Тьмы — Мелькора. А у нас и сейчас найдется немало претендентов для такого украшения. Меня, правда, смущали ингредиенты звеньев, использованные прародителем кузнецов: шум кошачьих шагов, женская борода, корни гор, медвежьи жилы, рыбье дыханье и птичья слюна. Ну да ничего, подберем достойную замену…

В очередной раз вынырнув из воспоминаний, я наконец добрался до входа в донжон. На автомате кивнул браво вытянувшимся караульным оркам, занес было ногу через порог, но так и завис на мгновенье. Показалось? Или нет?

Медленно развернулся, пригляделся к матово-черной броне орка. Так и есть: нетвердым детским почерком мелом выведено нехорошее слово из шести букв!

— Кто? — спросил, указывая пальцем на надпись.

Глядя в пространство перед собой, бравый вояка отрапортовал:

— Мелкая друидка, из «ашек». Конопатая такая, с косичками. Сказала, очень сильное колдунство, рунный алфавит, защита от ментальной магии.

М-да… Повыучивали на свою голову!

— Стереть! В следующий раз разрешаю дать по шее, только аккуратно, чтоб голова не отлетела. Ругательство это…

Глаза второго караульного весело сверкнули, он, видать, был не столь доверчивым. Эх, прилипнет ведь дурное погоняло к исписанному орку. А впрочем — на счастье, может, данная каракуля его в срыв уведет, кто знает…

Оставив за спиной рычащие звуки приглушенных орковских проклятий, я бегом взлетел по лестнице на четвертый этаж. На последнем пролете нога не нащупала привычно ожидаемой опоры, и, подавившись крепким словом, я с разгона рухнул на каменные плиты. Ой мля! Полоска жизни просела, в колене что-то явственно хрустнуло."

"— Легкая травма! Десятипроцентное снижение подвижности сроком на четверть часа!

Что за невезуха?! Ну ладно народу в бою конечности ломают, спецабилками всякими и хитрыми комбо, но чтоб так пошло, на пороге собственного дома?

Абсолютная память услужливо подсказала, что ступеней раньше было на одну больше, отсюда и авария на маршруте, автопилот не виноват.

— Бэрримор! — рычу я в потолок.