Играть, чтобы жить

Огр поднял руку на уровень плеч и где-то даже элегантным жестом дернул кистью, позволяя пергаменту развернуться во всю длину. Хвала игровым технологиям — вполне себе рабочий документ: скриншот из какого-то онлайн-СМИ с активной ссылкой и переливающейся печатью в виде израильского автомата «Тавор».

После недавней «Трехдневной Войны» его уникальный буллпаповский профиль узнавался влет. Фотография генерала Арона с «Тавором» на груди, глядящего в бинокль на растущий над Голанами ядерный гриб, долго не сходила с первых страниц газет и журналов. Нужно сказать, что в тот раз евреи прошлись по самому краю.

Занятые борьбой за бюджет и подковерными интригами, разведка вместе с армейцами прозевали грозные признаки, и слаженная атака арабских соседей стала полной неожиданностью. А много ли нужно стране шириной в пятьдесят километров? Час хода танков — и пейсатые миллионы окажутся сброшенными в Средиземное море.

Первоначальную катастрофу предотвратили погранцы, полностью выполнившие свой долг — умереть, но дать армии время на частичную мобилизацию. Требуемые сутки они не продержались — бог на стороне больших батальонов, а один ствол против сорока не танцует, несмотря на все морально-волевые качества."

"Израильтян медленно, но верно выдавливали на побережье, где должна была начаться любимая забава со времен Чапаева и немецких подводников — расстрел из пулеметов мечущихся в воде людей. Евреи бросали в бой свежесформованные роты, на лету компоновались танковые экипажи, и машины поштучно шли в бой, покрытые консервирующей смазкой. Люди, еще не успевшие пописать выпитым дома чаем, творили чудеса. Когда за спиной видны крыши родного города, в котором твои испуганные дети визжат в подвале при особо близких разрывах, хочешь не хочешь, а драться будешь со всей злобой и ненавистью, на дно окопа не забьешься.

Да и в плен в той войне было лучше не попадать. На пике эмоций израильтяне просто стреляли в поднявших руки, им хватало активизировавшейся пятой колонны в собственных тылах и мгновенно вспыхнувшего сектора Газа. Арабы же с пленными иудеями проявляли куда большую фантазию…

Наступающие перемалывали армейские и мобилизационные части, расплачиваясь поистине с арабской щедростью. Один к шестнадцати — это самые осторожные цифры. Все висело на волоске, правительство искало у себя под юбками яйца, когда стальной звон раздался со стороны одного из генералов старой закваски, видевшего еще чуть ли не самого Моше Даяна. Ключей запуска для стратегического ядерного оружия у него не было, а вот активировать оборонительные фугасы на основе оружейного урана высокой очистки он мог.