Играть, чтобы жить

Семь разноцветных ступеней — каждая символизирует свой род, четко по старшинству: Длиннобороды, Огнебороды, Широкозады, Железноруки, Жесткобороды, Черновласы и Камненоги.

Возложил артефакт на алтарь, дождался синхронизации двух предметов, подтвердил слияние. Слепящая вспышка, легкая дрожь небесных сфер — мир породил девственный Храм, готовый принять своего бога.

Проморгавшись, нащупал вирткурсором алтарь — активировал служебное меню могучего артефакта. Напряженные минуты ожидания — я листаю длинный список с многочисленными вкладками, выпадающими меню и сабинтерфейсами — чума на голову индийских аутсорсеров! А гномы тянут шеи в надежде разглядеть невидимое, до хруста сжимают ладони на рукоятях фамильных молотов да топоров — последний шанс для не столь любимого ими Перворожденного прокинуть коротышей и вызвать очередное порождение Тьмы.

Гончие, чувствующие общую нервозность, с шелестом смыкают пластины брони и выстраиваются в оборонительное кольцо — им очень неуютно посреди огромной толпы, так и плещущей эмоциями.

Вот он — Вала Ауле, так хотевший детей, что наперекор воле Всевышнего бога создал из горной породы семерых гномов — Праотцов подземного народа. Правда, будучи подловленным на этом деянии, тут же дал задний ход, отказался от своих созданий и без команды занес над ними молот, дабы уничтожить. Но это уже совсем другая история. Свет, он такой — неоднородный, с тенями…"

"Ловлю настороженный взгляд седого гномьего патриарха — крутой замес интриг и междоусобных разборок вынес его на самый верх: все семь родов признали его наиболее удобной фигурой на должность главного жреца храма. Гном нервничает, и хоть мышцы лица неподвижны, однако одинокая капля пота, стекающая по лбу, выдает его состояние.

Успокаивающе кивнув, я понадежней ухватился за удобно торчавшую резную фитюльку и ткнул курсором в нужную строку. Бадабум!

Друмир основательно тряхнуло, крупной дрожью залихорадило мироздание. С потолка посыпалась декоративная лепнина, тут и там протрещала канонада выстрелов — лопались мраморные плиты Храма, не рассчитанные на скручивающие нагрузки. В небесах заскрипели давно не смазанные петли, доставая из запасников и отряхивая от нафталина практически позабытого бога.

— Внимание! В мир пришла новая сила. Ауле, бог-кузнец, владыка земной тверди и металла, присоединился к пантеону Неназываемого.

— Ах-х… — выдохнула тысяча луженых глоток.

По храму прокатился железный лязг — гномы как один опускались на колени, приветствуя своего бога.

— Великий Отец… — Многоголосый шепот эхом заметался под куполом Храма.