Играть, чтобы жить

Я бы над выдачей каждого прогноза морщил мозг десяток секунд, а этот — шпарит без остановки, мгновенно глотая и перерабатывая впечатляющие массивы информации! Нужен, очень нужен мне такой помощник! Надо перекупать, не считаясь с расходами, прав был товарищ Сталин, кадры решают все!

— Первый пошел! — раздалась зычная команда Младкора.

— «Пробник» пошел! — продублировал кто-то из командиров рангом пониже.

Из-за спин бойцов в сторону монстра рванулся одинокий камикадзе — раззявив рот в немом крике и занеся над головой плохонький меч, он широкими прыжками несся к Василиску, что на секунду опешил от такой наглости. Однако стоило лишь воину переступить за некую невидимую черту, как пасть змея распахнулась, и длинный липкий язык выстрелил в сторону наглеца.

Хлоп! Боец прилип словно стальная муха. Ням! Исчезло трепыхающееся тело в широкой пасти.

— Второй пошел!

— «Абилка» номер три, дистанционная. Мгновенный вывод из строя одиночного противника, радиус поражения порядка двадцати метров… Частота применения устанавливается…

— Переименовать в «Поглощение»…

Второй боец смог-таки добежать до змея и теперь мялся у его ног, набираясь смелости рубануть монстра топором по чешуйчатой лапе.

В это время перевариваемый заживо первый «пробник» деморализовал остальных воинов своими воплями в батл-чате. Впрочем, разлагающий эффект длился недолго, кто-то из старших офицеров, наделенный модераторскими полномочиями, кикнул паникера из канала. Действительно, что за кипиш? Ты же бессмертный, с ослабленным на девяносто процентов болевым порогом, имей гордость умереть достойно!

А ведь были в реальности случаи, когда приходилось глотать свой ужас и умирать молча! Выходит группа по болоту из вражеского тыла — если сорвался с тропы и рухнул в зыбучую грязь, тони без звука! Крикнешь — привлечешь внимание противника ко всему отряду — в секунду ударит по пристрелянному квадрату миномет, забьются в руках радостно щерящихся Гансов пулеметы, шпигуя пространство свинцом до не совместимой с жизнью плотности. Конечно, Фортуна — дама ветреная, может, кому и улыбнется, но вряд ли слабаку и трусу…

— «Абилка» номер четыре, ближний бой…

— Э-э… «Колесование».

— Принято. «Абилка-пять», массовое…

— «Дрожь Земли».

Наемники вели себя как осторожный боксер при встрече с незнакомым, но титулованным противником — наглым и борзым. Кружась вокруг, прощупывая оборону редкими выпадами и внимательно анализируя мастерство и коронки оппонента.

Строй стоял, пошатываясь под воздействием групповых эффектов, и как будто дышал — то размыкая свои ряды, пропуская собирателей могилок и пробирающихся на свои места реанимированных бойцов, то смыкаясь над телами павших товарищей.