Играть, чтобы жить

И снова отхлынуло море тел, оставив раздавленные, обугленные и нашинкованные острым железом фигуры, что медленно опадали на землю гранитными плитами надгробий.

Бум! Третий вал вдавило в линию щитов, и теперь уже мы пятились вовнутрь, уплотняясь и сжимая пятачок чистого пространства в центре."

"Вздрогнул и закрутился, ускоряясь, счетчик наших потерь. Однако и у противников количество жертв уверенно перевалило за тысячу, из которой немало народу полегло от их собственных же рук. Это мы, объединенные в рейд, не несли потерь от дружественного огня — подстрелить своего напарника физически невозможно, такова механика игры. А вот разрозненная многотысячная толпа с завидным постоянством всаживала стрелы в затылки штурмующих нас воинов, цепляла их краями объемных заклинаний или просто тупо путалась в целеуказаниях. Поди разбери, кто друг, а кто враг, из парочки рычащих паладинов, упершихся друг в друга щитами и жалящих острым железом в щели доспехов. Может, стоит накрыть обоих Удушающим Облаком? От наших особо не убудет, а противников, глядишь, и поубавится. А если вдруг удастся кого-то завалить под шумок, да, пробравшись среди мелькающих ног, подобрать драгоценную шмотку с тела неудачника — это ж вообще Новый год! Только такими мыслями я могу объяснить то, с какой частотой валились перед нашей линией мертвые тела. Явно, что половина из них — не наша заслуга.

Но тридцать к одному, это все-таки тридцать к одному. Мы не в танке против туземной армии, а в чистом поле, противостоим примерно равному нам противнику. Итог вполне предсказуем, подвиг трехсот спартанцев нам не грозит, тут не Голливуд.

Нас осталась едва ли половина, когда защитный купол вокруг Дракона наконец лопнул.

— Смена целей! — не дожидаясь команды, прокричал Вдоводел.

И то верно, костяк не в нашей группе, угробить или как минимум изрядно помять его дружественным огнем вполне реально.

Теперь я воочию увидел, почему на драконов требуется собирать рейд. Расправив крылья и разинув пасть, порождение мрака закружилось в смертельном танце. Направленные эмоциональные удары валили противников с ног. Облака ядовитого газа зелеными шапками расползались вокруг, превращая пространство в изумрудное, вязкоколыщущееся море. Веера кислотных брызг, костяной град — ослепший дракон бил по площадям, не надеясь на точность наведения и стараясь ориентироваться на слух и отблески эмоций. Нашу группу он, похоже, как-то выделял из основной толпы, раз за разом сдерживая убийственные выпады, когда под руку попадался кто-то из наемников. И на том спасибо.

— Уходи! В замок! — орал я уже во все горло, с тревогой отмечая, что в списке живых осталась едва ли сотня воинов.