Играть, чтобы жить

секретная программа „Безумие“, целью которой является террор в виртмирах, избранных потенциальным противником в качестве научно-исследовательских либо иммиграционных целей. В рамках программы отобраны и готовы к подселению в вышеозначенные миры более чем 150 000 умалишенных со всего Китая. В случае надобности группы хакеров готовы в считаные часы перехватить контроль над указанными логин-серверами.

5. Разработана сов. секретная, семиуровневая программа „Великая Чистка“, в рамках которой подразумевается пошаговое оцифровывание следующих категорий граждан: криминальные и политически неблагонадежные элементы, заключенные длительных сроков, безнадежно больные, физически неполноценные и, наконец, просто неработоспособные. Количество отобранных в программу граждан превышает 120 миллионов человек.

Все вышесказанное не может не вызывать глубокую тревогу и озабоченность. В случае успешного выполнения программ Китай действительно способен обрести доминирование не только в виртуальных (если их еще можно так называть) мирах, но и в нашей реальности…»

Бум! Бьет по ушам хлопок телепорта, и нашу команду переносит под припекающее солнышко Фронтира. Хорошо, что точка портала находится на возвышенности, свежий ветерок отгоняет жару, а прекрасный обзор дает возможность сориентироваться перед началом движения.

— Не поняла, что это за хрень?! — раздается полный офигения голос Бомбы.

Все закрутили головами, и уже через мгновение мы уставились на древнюю дорогу, плавно огибающую холм метрах в трехстах от нас. Запыленная до полной неузнаваемости толпа устало переставляла ноги, направляясь плотной колонной в глубь Фронтира.

За спиной раздались звуки каста, и наложенное на группу заклятие «Орлиного Зрения» позволило нам взглянуть на шествие с десятикратным зумом.

— Гнолы! — резюмировала Зена.

— Ага, мелкие все, выше тридцатого никого не вижу, — подтвердила Вжик."

"Я всматривался в груженную каким-то скарбом толпу гнолов: посыльный, надсмотрщик, воин, шаман… Больше всего это напоминало кадры кинохроники: жаркое лето сорок первого, сорванные с насиженных мест беженцы пытаются оторваться от неумолимо накатывающей линии фронта. Невольно задрал голову вверх, осматривая прозрачное небо, не заходит ли со стороны солнца, на беззащитную колонну, украшенная крестами худая смерть.

— Устроим геноцид? — предложила троллиха, похлопывая лопатообразной рукой по своей драгоценной дубине.

Я невольно вздрогнул. Слишком уж пугающе и реалистично вписалось в нарисованную сознанием картинку предложение Бомбы.

— Нет, девочки, пусть идут. Не знаю, что это за великое переселение народов, может, ивэнт какой админы замутили, но это не армия. Это беженцы. Трогать их не будем, чай, не звери.

Лицо Бомбы почернело.