Играть, чтобы жить

— Эрик, у меня восемь сотен есть, поставь их на меня, плиз. Лишние двести золотых не помешают.

Воин оценивающе посмотрел на меня.

— Уверен?

— Так точно.

— Лады, тогда я тоже на тебя поставлю. Не подведи.

И вот теперь, после боя, Эрик так радостно хлопал меня по плечам, что я с тревогой посматривал на нагрудник, не продавился ли металл?

— Пять сотен как с куста! Братуха! Ты молодец! Кто там у нас следующий?

А вот тут мы погрустнели. Теория вероятностей, капризная девка, свела нас с одним из фаворитов турнира — хорошо прикинутым воином шестьдесят третьего. Парень был раскачан как дамагер, в руках держал два клинка, и соваться к нему в ближний бой явно не стоило. Тем более что сейчас он был полностью готов к драке именно с игроком, и комплект брони надел, заточенный под ПВП. Вопрос в другом, за кого он меня принял? Если за рыцаря, тогда комплект у него силовой, рассчитанный на броню и мощь удара. А если за мага, тогда наверняка надел шмот на усиление сопротивления к магии. Я же нацепил свой обычный рабочий комплект, и сейчас мне понадобится всё, что могу выдать, по максимуму.

— Какой курс?

Эрик меня понял правильно.

— Семь к одному.

В чью сторону я переспрашивать не стал.

— Поставь на меня двести, в худшем случае останусь при своих.

Эрик почесал пятернёй непокорные кудри, затем рубанул воздух рукой.

— Уболтал, красноречивый! Я так же поступлю, пять сотен на тебя. Не смей сливаться!

Ступил на песок арены и словил какое-то дежавю. То ли в прошлой жизни я так вот сражался гладиатором, то ли фильм какой засел в подкорке. Солнце стояло чётко в зените, развернуть к нему лицом противника не получится. Трибуны негромко гудели, обсуждая завершение схватки на соседней арене. Таня сжала губы в белую нитку и нервничала. Паладинша всё же, а не белошвейка, понимает мои шансы на победу.

Воин был хорош. Судьи немного задерживались, пересчитывая стоимость его экипировки, что-то им там не понравилось. Наконец воину надоело, и он сорвал с себя несколько колец и бросил их своему помощнику. Такое пренебрежение и уверенность противника в своей победе добавили мне спортивной злости. Ну, держись, гад!

— Минута! — раздалась судейская команда.

Воин остался стоять неподвижно, а я выдал за тридцать секунд все возможные бафы на пета, повесил на себя оба щита и торопливо уселся на арену — отмедитирую хотя бы соточку маны. Уже сидя на припекающем песочке, вызвал маунта. Глаза воина сузились. Не ожидал, родимый? Гонг!

Воин рванулся вперёд. Вскакивая на ноги, я послал ему на перехват обоих петов, а сам принялся кастовать Руки Мертвеца, надеясь законтролить его и удержать дистанцию. Пятнадцать метров арены воин преодолел за две секунды, проигнорировав удары петов. Остановить его не удалось, моё заклинание также не прошло.