Жилой комплекс «Курицын»

Мы опустим часть деловой беседы, которая случилась между Ямовым, Алешиным и Поповым, ибо это место чересчур перегружено профессиональной терминологией и может быть слишком тяжёлым для восприятия простого читателя. Обратимся сразу к завершающей фазе сцены:

– Только и ищете, на чём меня поймать! А я даже не строитель! – скулил Ямов.

– В самом деле, – вдруг вступилась сердобольная Комарова, – это ведь даже не его обязанность!

– Это замечательно, что ты его защищаешь, Варвара! Это значит, ему удалось перевести стрелки, и он достиг своей цели, но со мной этот номер не пройдёт!

Филипп тут же аргументированно доказал, что может, а что нет служить смягчающим обстоятельством, и Автоному Викториновичу уместней было бы сослаться на собственное слабоумие. Мгновенно остановить забивку по распоряжению заказчика – это всё, что требовалось, и нечего теперь вилять. Позиции Ямова были разбиты. Настала пора либо признать поражение, либо применить отвлекающий манёвр, и уж этим-то искусством Ямов владел в совершенстве.

– И вообще, меня покусали! – ни с того ни с сего крикнул он, потирая ногу.

– Что? Что ты несёшь? Кто тебя покусал?

– Собака сторожа, кто же ещё! Если бы ты почаще бывал на стройке, то был бы в курсе, что происходит на объекте!

– О господи! – воскликнула Комарова, и в душе Ямова зажглась надежда, что сейчас его пожалеют. – Это правда? У нас что, есть собака? У нас правда есть собака?! Александр Сергеевич, а можно её посмотреть? Вы же всё равно сейчас на стройку, да?

Таня и Филипп молча подняли руки в знак согласия. Ямова взяли с собой против его воли.

Простим Бармалея

Делегация прибыла на стройку и изъявила желание посмотреть собачку. Собачкой оказался годовалый немецкий овчар, бесновавшийся на цепи посередине двора. Его свирепый лай и клыки размером с овощной нож вызывали неприятные физиологические ощущения.

– Сестра завела себе год назад. Не слушается. Никакого сладу нет, – говорил сторож, представляя коллегам нового члена команды.

– А если его отвязать, подобреет?

– Не знаем. Страшно.

– А как его зовут?

– Ральфиком. Только в круг не заходите!

Кругом называлось множество точек плоскости, удалённых от центра на расстояние, не превышающее заданной длины цепи. Снега внутри круга не было – Ральфик выскоблил всё до мёрзлого грунта."

"– А цепь крепкая? А кол? А ошейник? – наперебой спрашивали Филипп, Таня и Варвара. Лишь Саша ни о чём не спросил. Он вдруг почувствовал, что из всех присутствующих пёс выбрал именно его. Гордиться было нечем. Это не был выбор друга или хозяина – зверь нашёл себе жертву.

– А почему посередине участка? Можно же было в углу, у забора, – заметил Филипп сторожу.

– Нельзя. Он прокусывает забор насквозь.