Жилой комплекс «Курицын»

– Ва-алейкум салам! – ответил парень и, пока гости не придумали, чего спросить, указал рукой на дверь: – Хотите чай.

От такого неожиданного приглашения без вопросительной интонации посреди январского леса отказаться было невозможно. Посетители вошли в казарму. Парень занимал комнатку, отгороженную от остальных развалин полиэтиленом. Тут вообще всё было оформлено в полиэтилене – и стены, и окно, и пол. Из убранства присутствовал самодельный топчан, заправленный утеплителем и опять же полиэтиленом, печка-буржуйка и стол из поддонов, накрытый не нужно объяснять чем.

Хозяин рассадил гостей на топчане, не оставив места для себя. Он налил в чайник воды из мятой канистры и водрузил его на печку.

– Чем занимаешься? – спросил Саша.

Парень не отвечал, и Саша понял, что нужно выбирать слова попроще.

– Чего тут делаешь?

Парень понял, что обращаются к нему.

– Охраняй.

– Охраняешь? – Саша произносил все слова медленно и разборчиво.

– Да.

– Кто тебя поставил?

– Автом.

– Этот? – Саша показал с телефона ямовскую рожу.

– Автом, – закивал парень.

– Ты давно здесь?

Таджик усиленно закивал, но было очевидно, что он ничего не понял.

– Или недавно? – уточнил Филипп.

И снова кивки с горячим энтузиазмом.

Посидели молча, присмотрелись к обстановке. Саша удивился, как вообще этот робинзон выживает в полиэтиленовом бараке. Днём светло всего по пять часов, а электричества нет, значит, парень сидит в кромешной темноте. Магазинов нет километра на три вокруг, да и деньги же нужны для магазина-то.

– Как, вообще, дела? – спросил Саша, не надеясь на ответ.

– Плоха дела, – сказал вдруг парень, своей откровенностью кольнув каждого из гостей в самое сердце, – ночь приходят…

– Кто приходит? – удивился Саша, проследив за неопределёнными жестами парня. Дело принимало мистический оборот.

– Эти, – таджик вспоминал слово, – дети. Очень злый.

– Гопники к нему наведываются, – пояснил Старицын.

– Да, – подтвердил парень, наверняка не поняв, о чём речь.

Саша обратился к Филиппу и Старицыну.

– У него, наверное, и регистрации нет. Сидит тут брошенный. Ямов же может с ним бутылкой пива рассчитаться."

"– У тебя в городе друзья есть? – спросил парня Старицын. – Не понимаешь? Рафик – друг, понимаешь?

Конечно, тот ничего не понимал.

– Ладно, сейчас вернусь. – Старицын достал телефон и вышел.

Вода закипала. Парень невесть откуда достал приличные чашки (только три) и в каждую положил по пакетику чая. Сам в ожидании замер возле чайника.

Старицын вернулся с хитринкой на лице. Он протянул хозяину телефон:

– На, поговори!

Парень недоверчиво поднёс трубку к уху.

– Салам алейкум! – раздалось из телефона.

– Я позвонил знакомым таджикам, – поведал Старицын, пока парень общался, – говорю, пропадает один из ваших.