Жги, детка!

Перед журналисткой и собравшимися у лифта жильцами стало так стыдно, что хотелось сквозь землю провалиться.

Дождавшись, когда Ник по-хозяйски поправит чашки моего бюстгальтера и опустит топик, я медленно вынула руки из его джинсов и нервно сглотнула.

- Вы выходите или продолжите? - заинтересованно уточнил импозантный старичок в очках и шляпе.

- К сожалению, выходим, - первым, как и положено одному из самых быстрых форвардов лиги, ответил Клюев.

- Жаль, конечно, - старичок оказался еще тем живчиком, - но не затруднит ли вас сделать это поскорее?

Только после этих слов мой отключившийся от шока мозг соизволил заработать. ""Ты невеста. Все отлично. Это просто задание"", - мысленно, как мантру, повторив это три раза, я вспомнила про журналистку.

Сейчас самым важным было, чтобы она увидела мое лицо. После пресс-конференции, на которой Ник заявил, что я его девушка, прошло совсем немного времени. Она просто обязана была узнать меня сразу.

Приложив немалые усилия, я заставила Клюева сделать шаг в сторону. Изобразив счастливую улыбку, повернулась в сторону... И замерла, разинув рот.

Дамочка с фотоаппаратом все еще стояла рядом. Красивые босоножки на плоской подошве, оранжевый сарафан в белый горошек, модные круглые очки и седая голова. Я словно получила щелбан по лбу. Это была не журналистка! Прямо передо мной стояла пожилая леди, которая вряд ли интересовалась успехами и личной жизнью одного наглого и беспринципного хоккеиста.

***

Стоило вспомнить наше эпическое появление в холле гостиницы, как мои пальцы сжались в кулаки. Да, Клюева просто необходимо было пытать и казнить! Как профессионал я была возмущена до глубины души. Разве можно так пользоваться партнером по пиару? А как девушка... как обычная, созданная из крови и плоти, молодая женщина - чертовски зла на себя, что так легко поддаюсь его чарам.

Как ни отрицай очевидное, а к Нику меня тянуло с такой силой, что даже настоящему жениху Василию и не снилось. Меня влекло, будто маленького глупого ослика к морковке. С первой нашей встречи моя блондинистая голова отключалась, стоило ему лишь взглянуть на меня. Я загоралась от поцелуев и прикосновений. И кто бы подсказал, что такого особенного было в этом мужчине?

Достав свой компактный рабочий фотоаппарат, который Егор ласково называл ""мыльничка"", я навела фокус на Клюева. То, что на коньках он казался гигантом, не было для меня новостью. Ник и без них был на две головы выше меня. Однако без шлема, в синем, под цвет глаз, вязаном свитере он смотрелся настоящим суперменом.

Какой-нибудь бренд мужской одежды мог здорово заявить о себе, сделав Клюева лицом компании. Как коварства с наглостью, так и настоящей мужской красоты в нем было на целую команду. Природа не мелочилась.