Жги, детка!

Мне бы всего пару секунд! Придумывать легенды я умела, как никто другой. Но Ник оказался быстрее.

- Да, - он резко крутанул меня лицом к себе, - знакомьтесь. Это Елизавета Романова. Самая красивая девушка на Земле, а заодно моя любимая.

События сделали такой крутой поворот, что моя челюсть медленно поползла вниз.

- Именно с ней я планирую провести свой отпуск, - продолжил забивать гвозди в крышку гроба пиар-компании Ник. - А теперь позвольте нам остаться наедине. Моя девушка хотела поцеловать своего победителя.

Тревожная сигнализация в моем мозгу уже не мигала. Она истошно вопила об опасности, рекомендуя убраться отсюда подобру-поздорову. Наверное, я бы и убралась... В какой-нибудь другой реальности, где против меня играл бы более медлительный соперник. В этом измерении госпожа-удача равнодушно повернулась спиной, а вот мужские губы, упругие и теплые, вполне по-хозяйски накрыли мой рот.

Глава 8. Затишье перед бурей

«Может, прошлое — это якорь, который тянет нас обратно?

Может, стоит выпустить того, кем ты был,

чтобы стать тем, кем ты будешь?»

Т/с «Секс в большом городе»

Лиза.

Наглость Клюева перешла все возможные пределы. Сон у меня в офисе, загубленные фотосессии, а теперь еще романтическая love story со мной в главной роли. Это был не заказ, а проклятие.

После пресс-конференции и шоу на задворках ледовой арены о спокойном сне можно было и не мечтать. Эмоции клокотали внутри меня маленькими вулканчиками, и за ночь подушка дважды летала в стену. Это ж додуматься - сделать из меня свою девушку! Еще бы замуж позвал у прессы на виду.

Сон убегал, стоило закрыть глаза. Я, конечно, могла слукавить и признаться, что металась по кровати, думая лишь о последствиях признания Ника... Что-что, а его откровения меняли весь план мероприятий. Но моя глупая блондинистая голова истязала меня картинками отнюдь не профессионального содержания.

Позор, но даже в гневе, я думала о другом. «Откуда у этого наглого, самоуверенного хоккеиста такое умение целоваться?» - эта мысль не давала покоя до утра. Проклятие, да у меня губы начинали зудеть, стоило вспомнить, как Ник прикасался к ним!

Неплохо было бы на законодательном уровне запретить такие поцелуи между малознакомыми людьми. Захватнический и дерзкий вначале, этот поцелуй спустя несколько мгновений полностью расплавил мой мозг своей удивительной нежностью. Клюев целовался как бог! Губы, язык, дыхание – все сплелось в такую магию, что я забыла, с кем нахожусь и где.

Наверное, потребовалось перецеловать не один десяток девчонок, чтобы достигнуть таких высот. Может даже, сотню, а учитывая, что к окончанию у меня подкашивались ноги, и выпрыгивало из груди сердце - вероятно, счет предшественницам доходил и до нескольких сотен.

Мысли о красотках и Клюеве вызывали еще большую злость.