Жги, детка!

– оставив в покое черепушку, Федор принялся за покрытый седой щетиной подбородок. - Условия у контракта хорошие.

- Даже так?! - почти не целясь, я отправил бутылку в мусорную корзину у двери. Устав собирать по номеру пустую тару, Лиза еще пару недель назад выпросила у горничной эту корзину. Хозяюшка моя заботливая. Идеальная невеста для капитана.

- Посуди сам. Медицинская страховка лучше, - Федя принялся загибать пальцы, - призовые выше в два раза, чем у форварда. Райдер на выездных матчах как у владельца небольшой нефтяной скважины. Колька, да это мечта, а не контракт!

- Может там еще про агента пунктик есть? - усмехнулся я. - За удачный прогиб перед спонсором — тачка. За прогиб клиента — квартирка в центре. Неплохо, да? Ты не забыл указать? Если забыл, до подписания — обязательно потребуй.

- Да не нужна мне никакая квартира. Коля, пораскинь мозгами чуть-чуть!

За долгий перелет у Федора было достаточно времени подготовить речь, но результат пока не впечатлял.

- А тут и раскидывать нечего. Понятно ж как дважды два. У отца не получилось сделать из меня управляющего рестораном, так он решил приучить к ответственности в моем собственном деле. Опыт руководства преподать. Следующий шаг какой будет? Потребует от Совета, чтобы Серебрякова уволили и меня на его место поставили? Из капитанов в главные менеджеры — отличный рост. Страховочка, небось, еще лучше будет. Райдер вообще как у шейха. Так?

- Коля, что ты несешь?! – возмущение у Федьки получилось в разы натуральнее, чем речи."

"- Что несу? Иуда ты, Федька! - открытой ладонью я хлопнул себя по груди. - Я, а не какой-нибудь Вася Пупкин, год спал у тебя на диване в коридоре, жрал колбасу из туалетной бумаги и баб твоих распугивал своими вонючими шмотками. Я, а не мой папаша, вкалывал на льду каждый день до седьмого пота, понимая, что если еще год потеряю, то нужно будет валить из хоккея и присматривать себе место на стройке или на рынке. Унитазами торговать идти! Может, ты и забыл, а я помню.

От очередного путешествия в прошлое стало так паскудно, что на языке даже горечь появилась. Слишком ярко встали перед глазами события десятилетней давности. Слишком точно вспомнился быт.

Старый нераскладывающийся диван с продавленным сиденьем. Растянутые Федькины свитера под формой. Злорадные ухмылки друзей из прежней золотой компашки. И промораживающий насквозь, полный презрения взгляд собственного отца во время одной-единственной встречи.

- Черт! – я до боли потянул себя за волосы. - И как вы только Серебрякова прогнули под это?

Как побитая собака, Федя опустил голову.

- Прежний менеджер прогнулся бы, не задумываясь, а Серебрякова хрен прогнешь, - пробубнил он. - В этом вы с ним похожи.