Жестокий принц

Ничего другого не остается. Можно закрыть глаза, но нельзя заткнуть уши. И одно, и другое ужасно, а хуже всего пустое лицо Кардана и его бесстрастные, холодные, как свинец, глаза.

Своей жестокостью он в полной мере обязан старшему брату. В жестокости его растили, в нюансы жестокости посвящали, применению жестокости обучали. И как ни ужасен Кардан, теперь я понимаю, каким он может стать, и мне становится страшно.

Глава 13

В платье служанки попасть во Дворец Эльфхейм даже легче, чем войти во владения Балекина. Все, от гоблина до джентри и от смертного придворного поэта до сенешаля, едва удостаивают меня мимолетным взглядом, когда я неловко пробираюсь по запутанным лабиринтам коридоров. Я – ничто и никто, посыльный, достойный внимания не больше, чем механическая игрушка или сова. Безмятежное выражение лица и устремленность вперед приводят меня в покои принца Даина без малейшей заминки, и это притом, что я дважды сбиваюсь с пути и вынуждена возвращаться.

Стучу тихонько в дверь. К счастью, открывает сам принц. Увидев меня в домотканом платье служанки, он удивленно поднимает брови. Как и подобает девушке моего положения, делаю реверанс и на случай, если мы не одни, сохраняю на лице выражение довольной покорности.

– Да? – спрашивает Даин.

– У меня для вас сообщение, ваше высочество, – говорю я, надеясь, что не нарушаю общепринятый этикет. – Прошу уделить мне минуту вашего времени.

– У тебя хорошо получается, – говорит он. – Входи.

Какое удовольствие расслабиться, снять маску, смахнуть бессмысленную улыбку.

Следую за принцем в его гостиную. Повсюду бархат, шелка и парча. В цветовой гамме доминируют малиновый, синий и зеленый, все глубоких, темных тонов, как перезрелые фрукты. Узоры на тканях привычные – замысловатые переплетения веток вереска, листья, которые могут оказаться пауками, если смотреть на них под другим углом, и сцены охоты, где не вполне понятно, кто на кого охотится. Я вздыхаю, сажусь в указанное мне кресло и опускаю руку в карман.

– Вот, – достаю сложенный листок, кладу на изящный столик с резными птичьими лапками вместо ножек и разглаживаю. – До конца скопировать и промокнуть не успела – помешали, так что немного смазалось. – Украденную книгу я оставила с жабой. Не хочу, чтобы Даин знал, что я прихватила кое-что для себя.

Он щурится, стараясь разобрать за пятнами буквы.

– Балекин тебя не видел?"

"– Его отвлекли, а я спряталась. – Мне не приходится даже врать.

Даин кивает и звонит в маленький колокольчик, возможно, вызывает слугу. Лучше бы кого-нибудь не под чарами.

– Хорошо. Тебе самой понравилось?

И как это понимать? Я не уверена, что знаю.