Жестокий обман

Поехать в поместье Эмилио было бы слишком очевидно, — мрачно отвечаю я. Затем, обращаясь к брату, я говорю: — Ты обещал свою поддержку в уничтожении Эмилио. Что ж, время пришло. Нам нужно ехать в Колумбию. Мы должны разобраться с этим."

"Воздух в комнате замирает. Мы привыкли сражаться на своей территории, но переносить бой в горы Колумбии, в место, которое нам непривычно и незнакомо, опасно. Я знаю это, но это единственный выход. Я также знаю, что мои братья готовы пройти через огонь ради меня. Как и я ради них.

Я прошу его рискнуть своей жизнью и жизнью наших друзей и близких. Он задает немой вопрос, общаясь так, как могут общаться только братья. Ты любишь ее?

Да. Ответ очевиден. Да, я люблю ее, черт возьми. Если каким-то проклятым чудом мы выживем в этом аду на земле, я буду стараться еще больше. Я стану настоящим мужем.

Того, что он видит в моих глазах, для него достаточно. Он почти незаметно кивает.

Андрей встает.

— Нам нужен день на подготовку. Джулиан, ты собери нашу команду и ресурсы. Лео, собери все необходимые данные и убедись, что твои хакеры будут в полной готовности с момента приземления в Колумбии. Нам понадобится живая связь с ними для каждого момента этой миссии. — Орлиный взгляд брата остановился на мне. — И Даниил. Я предлагаю тебе побриться, принять душ и постараться принять человеческий облик. — Его губы искривляются в уголках. — Для этого тебе придется держать себя в руках.

Я киваю ему из другого конца комнаты. Это мой способ сказать «спасибо», потому что мы собираемся вступить в бой всей нашей жизни, чтобы спасти женщину, которую я люблю.

ГЛАВА 37

Бьянка

Шикарная спальня, в которой я провела первую ночь, давно забыта. Я пролежала на полу этой промозглой подвальной камеры уже, наверное, два полных дня, но у меня нет возможности засечь время. Посетителей не было, кроме того, кто дважды в день проносит под дверь поднос с едой. Этого недостаточно. Я хочу есть и пить, и, что самое страшное, мой рассудок начинает сдавать.

Я вижу вещи. Я слышу. Крысы в стенах, тараканы по полу, а то и хуже.

Люди выживают месяцами в одиночной камере, но выжить, остаться в живых — это совсем другое, чем остаться в здравом уме. Я слишком много времени провожу, думая о Данииле. Что он делает, что думает, ненавидит ли он меня. И, наверное, я его в какой-то мере предала. Нет ничего, на что бы я не пошла ради него, но это было сделано для того, чтобы в последний раз показать ему, как сильно я его люблю, и позаботиться о себе. Выполнить обещание, которое я дала себе, когда была испуганной девочкой-подростком, слишком рано потерявшей свою семью.

Я устраиваюсь на тонком матрасе, расстеленном на полу, и плотнее натягиваю на себя тонкое одеяло.