Жестокий Король (ЛП)

По словам Дэна, вся вражда по поводу дочери убийцы была подсунута Викторией в журналистский клуб, и это взорвалось в лице Николь.

Поскольку история Виктории попала в прессу, дочь тайного убийцы теперь Николь.

Не думаю, что она когда-нибудь вернется в КЭШ или закончит свой выпускной год. И по какой-то причине мне ее жаль.

Как и я, Николь не хотела такой жизни. Она приняла ее только ради своего родителя. Это неправильно, что она платит за грехи своей матери, даже если Николь сама может быть сукой."

"Я никогда не видела ее такой разбитой, как в тот день, когда она собрала чемоданы и попрощалась с папой и мной.

Не глядя ему в глаза, она склонила голову и вышла за дверь.

— Ты когда-нибудь расскажешь мне, что произошло между вами той ночью? — спрашиваю я Дэна, как только она выходит.

Его челюсть сжимается.

— Это уже неважно.

— Дэн… Я твой лучший друг, и ты должен мне все рассказывать. Я должна быть рядом, когда тебе больно.

— Это немного драматично, негодяйка. Сбавь тон.

— Нет. Это написано в руководстве по дружбе. Наконец-то я его прочла.

Он смеется он.

— Давно пора.

Я смотрю ему в лицо.

— Почему ты мне не рассказал?

— Чертовски неловко говорить тебе, что я был накачан наркотиками и мог накачать тебя. И, ох, подожди. В ту ночь ты попала в аварию.

— Ну, у нас было время после, почему ты никогда не заговаривал об этом?

— Ты говоришь так, будто это катастрофа или что я травмирован.

— А ты нет?

Он продолжает смотреть туда, где исчезла Николь.

— Нет.

— Но разве она… не изнасиловала тебя?

— Не совсем так.

— Не совсем так? Что это должно означать?

— Тебе не о чем беспокоиться. С Николь покончено.

Но что-то мне подсказывает, что нет.

Я сижу за столом в своей комнате и смотрю в альбом для рисования.

Я должна была нарисовать несколько эскизов, демонстрирующие меня и мой стиль, чтобы я могла отправить их в колледжи, но я запуталась.

В течение последнего часа я рассматривала несколько рисунков Леви. Некоторые из них: как он забивает гол, бегает или просто стоит над командой со скрещенными руками.

Я не могу выбросить его из головы.

С того дня, как он ушел, я продолжаю прокручивать в голове его последний взгляд. Боль. Поражение.

Я сломала ему крылья, но истекаю кровью я.

Мне снилось его возвращение, стук в мою дверь или полёт из окна.

Но это все, чем они были. Снами.

Даже если он придёт, оттолкнуть его снова будет только труднее.

Потому что я сказала правду. Он будет видеть во мне только дочь женщины, убившей его отца. И хотя мама не имела к этому никакого отношения, в тот день умер его отец.

Я не могу жить, когда он смотрит на меня таким взглядом.

Но это не значит, что я могу перестать думать о нем. Это не значит, что я могу помешать своей музе нарисовать его.

Несколько месяцев.