Жестокий герой (СИ)

Парень сдал тебя, раскололся на первом же вопросе.

- Он сказал, что его нанял Генерал?

- А кто еще? - бросаю с возмущением, - У кого могли быть мои фотографии? Кому нужен подобный цирк?

Мужчина молчит. Мрачнеет.

Ладно, кличка «Генерал» тогда не прозвучала. Артур едва ли мог указать конкретного человека, ведь личной встречи не было, все общение проходило в Интернете или по телефону. Но тогда я не знала других преступников, не вращалась в бандитской среде. Мой шеф еще не успел меня подставить, Генерал - единственная темная личность.

- Значит, ваша встреча не была случайной, - медленно произносит он и даже на шаг назад отступает.

- Артур привел меня в казино, специально привлек внимание Тимура, — говорю и уже сама начинаю сомневаться в причастности своего старого знакомого. - Слушай ну кому еще подобное могло быть выгодно?

- Если бы я знал, — криво усмехается и сжимает кулаки. - Удавил.

- Почему ты настолько сильно ненавидишь Тимура? - выдыхаю сдавленно. - Только из-за его отца? Дети за родителей не отвечают. Тимур сам мечтает найти этого ублюдка, хочет поквитаться с ним за все преступления, за жуткое убийство матери.

- Пусть ищет, - бросает глухо. - Без тебя.

- Я его не оставлю, - заявляю хлестко.

- Ты сделаешь все, что я скажу, — чеканит с расстановкой.

- Нет, - отрицательно мотаю головой. - Никогда. Я люблю его, поэтому не предам. Я буду с ним, и ничто на свете этого не изменит. Ты не встанешь между нами. Никто не встанет.

- Любишь? - в лице меняется, резко напрягается. - Любишь — его?

Только теперь до меня доходит, что именно я выпалила на эмоциях. Никому не признавалась в таких чувствах, и вот - особенный день настал.

Я люблю Тимура. Люблю?

- Люблю, - выдаю твердо. - Понимаю, тебе трудно осознавать нормальные человеческие эмоции, но здесь придется смириться. Я люблю этого мужчину.

- Дура, - заключает холодно. — Ты ослепла. Ни черта не соображаешь. Хватит пустых разговоров. Ты уходишь отсюда прямо сейчас.

Он пробует обхватить меня за плечи, но я отталкиваю его. Действую решительно и жестко, показываю, что не стану покоряться приказам.

Генерал замирает. Не верит, отказывается принимать истину.

- Я останусь рядом с ним, — говорю абсолютно искренне. - До последнего дня. А тебе и правда пора на выход. Разговор теряет всякий смысл. Ничего нельзя изменить.

- Ты должна подчиниться мне, - заявляет отрывисто.

- Нет, — складываю руки на груди.

- Рони, послушай...

- Уходи! - обрываю его. - Я и так слишком долго выслушивала твою чепуху. Столько лет ты держал меня в стальных тисках, подавлял, муштровал. Столько лет пичкал всякой ерундой, обманывал, манипулировал, издевался. Столько лет ломал и перекраивал. Лгал. И одной- единственной фразой все оправдывал.

Генерал опять подступает, надвигается, будто огромная и темная скала.