Жестокий герой

Убийственная смесь жара и холода, присущая прирожденным палачам.

- Рад, что зашли на огонек, — говорит он по-русски, практически без акцента, лениво растягивая слова.

Я на взводе. Но слабость показывать нельзя. Поэтому я растягиваю губы в милой улыбке, выдаю что-то по-итальянски, сама вряд ли осознаю смысл сказанного, выбираю рядовую формулу вежливости.

Арес обнимает меня. Мускулистая рука держит крепко. Властно. По праву хозяина. И сейчас я совсем не против такого расклада.

- Сальваторе, - представляется седеющий мужчина, переходит на английский: - Ты можешь называть меня «Тота».

- Приятно познакомиться, — продолжаю улыбаться, ощущая себя последней идиоткой и плохо представляю, как смогу использовать подобное сокращение для человека с лицом хладнокровного психопата.

- Молодец, мальчик, - теперь он обращается к Аресу. - Я всегда знал, если у тебя и появится женщина, то именно такая. Гордая. Красивая. Достойная. Надеюсь, не станешь держать зла на Бобби за его дурацкую шутку.

«Бобби» означает «Роберто»? Речь идет про мой похищенный кулон?

- Одна семья, - бросает Арес.

Что? О чем он сейчас?

Мы проходим к столу, который накрыт в центре зала. Некоторые места уже заняты, некоторые ждут гостей. Однако других компаний тут нет, лишь наша.

Официанты подают спагетти с морепродуктами, блюдо щедро сдобрено оливковым маслом, чесноком и петрушкой. В соусе также улавливаю ноты белого вина. Рядом возникает новая тарелка, хотя и к первой едва успеваю притронуться.

- Паста по-генуэзски, - произносит Арес.

Я рассеянно киваю. Наблюдаю, как стол стремительно обрастает новыми позициями. Салат с моцарелла буффало. Особенный сыр, который варят в Кампании из молока средиземноморских буйволиц. Моллюски. Лобстеры. Кальмары. Мидии. Королевские креветки. Спагетти с черной каракатицей. Глаза разбегаются от такого выбора. Но я не чувствую никакого голода. Пробую исключительно из вежливости.

За столом царит приветливая атмосфера. Минимум наигранности. Все выглядит искренне. Меня представляют присутствующим по ходу вечера. Тут очень много женщин и мужчин, еще есть несколько детей. Ведется оживленная беседа. В основном звучит итальянский, но очень часто кто- нибудь начинает переводить мне отдельные фразы на английский. Иногда даже сам Арес. Можно сказать, все говорят одновременно. Обо всем. Разговоры на вольные темы.

- Интересный у тебя кулон, — вдруг обращается ко мне Сальваторе, и удивительным образом его голос выделяется на фоне всех остальных, а может, люди замолкают, лишь стоит ему вступить в игру. — Настоящая пуля. Почему?

- Подарок судьбы, - отвечаю я, встречаю ледяной взгляд, будто в бездну смотрю, самой смерти бросаю вызов. - Это талисман, от которого нельзя отказаться.

- Любопытно, — щурит глаза и криво усмехается.