Жестокие игры

Поговаривали, что за одну улыбку арт-директор клуба отвалил в Лос-Анджелесе десять тысяч баксов. – Отработаешь, как следует – жди бонус к зарплате.

Последние слова Валдиса Константинопулоса окончательно и бесповоротно перетянули чашу весов в пользу приватного танца. По правде говоря, у меня не было выбора. Настоящая удача получить работу в танцевальном ансамбле одного из самых дорогих и модных клубов столицы, и не в моих интересах воротить нос.

Деньги не пахнут. Как никто проверила на своей шкуре значение этой прописной истины.

– Хорошо. Буду готова через пять минут… – оперлась руками на туалетный столик, всматриваясь в свое матовое из-за обилия косметики лицо.

Теперь его можно было назвать красивым и ухоженным даже по меркам столицы.

Идеально ровной кожи с эффектом едва уловимого мерцания удалось добиться за счет дорогих тональных средств, а благодаря наращенным ресницам – делала их не слишком длинными, чтобы не выглядеть куклой Барби – мои серые глаза казались еще больше и выразительнее. То же самое и с губами – правильно подобранный блеск превращал меня во внебрачную сестру Анжелины Джоли.

Однако никого здесь не удивить красивой оберткой. В «Эйфорию» стекались самые популярные, уважаемые и состоятельные люди города, и, по мнению хозяев заведения, обслуживающий персонал должен соответствовать: даже официанты владели несколькими иностранными языками, а танцовщицы выглядели, как ожившие богини Олимпа. Правда, мне ни сразу посчастливилось попасть в танцевальный коллектив…

Поморщилась, припоминая первые недели жизни в столице."

"Правильнее сказать – выживания. Несмотря на то, что мама заявилась ко мне через несколько дней после некрасивого инцидента в мужском туалете, перепугавшись, что я не отвечаю на звонки, мы так и не смогли достигнуть взаимопонимания.

Отчим хорошенько над ней поработал, превратив родную дочь во врага народа, в то время как он блестяще вжился в роль униженного и оскорблённого. Мама пригрозила, что пока я не принесу им с Александром извинения – они не станут оплачивать мою жизнь в Москве. Стоит отметить, что деньги мне все-таки перечислили, только сразу после перевода я заблокировала карту, настоятельно попросив их никогда больше этого не делать.

Сама справлюсь. Не маленькая.

После затянувшейся темной полосы наступили светлые времена. Мне повезло: удалось устроиться официанткой в пафосный бар-ресторан «Эйфория», который по выходным работал в формате action-клуба. Повезло, потому что требования на соискание должности уступали разве что бренд-менеджеру какой-нибудь нефтяной корпорации: нужно было владеть минимум двумя языками, грамотной русской речью, хорошей памятью, спортивным телосложением и модельными данными.