Жестокие игры Карима. Обожгу твою душу

"

"Когда я узнал про готовящееся покушение, после разговора с Зорохом и созревшего плана «подчинить» ее своей воле захватом мне казалось, что я убью строптивую сучку. Ни одна женщина не отказывала мне столько раз, ни одна женщина не была так категорична… Я ведь не просто заявлял о своих намерениях- я просил о встрече, я делал ей исключительные подарки, я даже готов был пойти на ее дурацкие условности и формальности.

«Я не собираюсь замуж, тем более за самозваного сирийца. Он не достоин моей крови»…

Я знал, что ее очередной отказ обсуждался у меня за спиной шепотками, знал, что все решили, что совсем спятил… Отцу моему доносили, а он только разводил руками. У них нет надо мной власти…

Когда план был реализован и Бабилония пала к моим ногам, честное слово, мне хотелось поставить ее на колени и… выдрать в рот.

И да, мне нравилось унижать ее и ставить на место. Нравилась эта роль равнодушного, презрительного, снисходящего… Хотелось, чтобы она сама прочувствовала свою жалкость- жалкость этого нелепого желания цепляться за традиции, которым нет места в нашем мире.

Комфортно тебе в черной тряпке? Нравится быть невидимкой? Нравится прятать себя, словно бы ты вещь, а не женщина с большой буквы…

Когда Инна заявилась в мою палатку и застала меня с Сибиль, я торжествовал. Пусть прочувствует свою никчемность. За все те месяцы, когда она говорила нет…

Ее нет стало падением ее мира. Теперь она никто без меня. Теперь я решаю, я, самозваный сириец… И да, мне приятна была мысль, что я могу уничтожить этот ее нелепый мир на корню. Я с удовольствием и интересом участвовал в разработке ученых и нефтянников, которые строили планы по освоение территории Бабилонии… Я сломаю тут все. Я покажу ей, как глубоко она не права…

И она примет. Со временем она поймет, что все было правильно. А если не поймет, то зато останется живой…

Правда, была еще одна важная проблема. Сибиль. Эта женщина- не просто преходящее в моей жизни. Мы связаны. Связаны гораздо большим, чем могло показаться на первый взгляд. Когда я спас ее от смерти, между нами случилось нечто странное, чисто интуитивное. Наверное, поэтому она и тянулась ко мне так рьяно, несмотря на мои отказы…

Сибиль была жестока и ревнива. И в Инне она гарантированно видела бы угрозу. Настолько, что могла причинить ей вред.

Усыпить бдительность? Посмотреть на их поведение? Смогут ли они ужиться в моей жизни?

Признаться, я рассчитывал на другой сценарий, когда брал Инну у Зороха.

Ведьма начала путать карты с первого обряда.

Когда я смотрел на ее танец, когда она раздевалась, впервые в жизни являя моему взору, как и взору всех других собравшихся, свою цветущую красоту, я опешил.