Жестокая свадьба (СИ)

А кто в девяностые не имел отношений с криминальными структурами? Большой бизнес, а значит и большие деньги в те времена шли с ними рука об руку.

Но то, что отец вместе с Дзагоевым и Арисхановым составляли костяк этого самого криминала, для Дана оказалось настоящим потрясением.

— Ты меня поэтому из страны отослал? — спросил у отца Даниял, когда пауза в их разговоре угрожающе затянулась.

— К тому времени я уже вышел из игры, сынок, так что нет, не поэтому. Я хотел, чтобы у тебя все было лучшее. Образование, положение, статус. И Арисхановскую дочку для того тебе сосватал, они всегда стояли на несколько ступенек выше, сколько бы денег я не заработал.

— Почему ты поверил Арисханову? Ведь он не смирился с поражением, он готов был собственную дочь опозорить, только чтобы своего добиться!

— А потому что не так уж нужны мы ему были сынок, — отец даже подтянулся повыше, — он нам куда больше полезным был! Я все себе голову ломал, зачем Зураб этот балаган устроил. Долги были, да, но все покрылось бы инвестициями, кредитом на худой конец. Ладно, когда нам воздух перекрывать начали, он меня проучить хотел, пускай, тут я могу понять. Но потом, когда дочку к тебе подослал? И знаешь, что я понял? Что она обманула тебя, она влюблена в тебя была, вот и просила отца помочь этот брак настоящим сделать. Мне и Аминат говорила…

— Я не слишком доверял бы словам Аминат, — недовольно перебил отца Даниял, и тот согласно закивал.

— Это да, но ведь по логике все верно. И Зураб подтвердил, он очень удивился, когда ты Зарему замуж за Рустама отдал.

— Удивился или разозлился? — уточнил Даниял.

— Удивился, сынок. И Рустама принял, пусть не сразу, побухтел, но принял. Ну ты же знаешь, Зураб такой…

— Отец, а почему Аминат помогала Дзагоеву? Зачем пошла против тебя?

Лицо отца сразу сделалось каменным."

"— Сынок, я знал, что о нас говорить будут, когда ты объявил, что расторгаешь помолвку с Заремой. И что слова мы не держим, и что почтению к старшим я тебя не научил, а значит дел с нами лучше не иметь. На сестрах твоих это тоже отразилось бы, а если бы нам пришлось банкротить компанию, то они и вовсе могли без приданого остаться. Я готов был пойти на это ради тебя, а она не смогла смириться. Где-то сболтнула, и как только было решено, что делаем свадьбу, Амир предложил ей стать соучастницей.

Даниял смотрел на реку и размышлял, снова прокручивая в голове день, когда Зарема прилетела в Цюрих. Неужели отец прав, и это был просто дешевый спектакль? А он повелся… С другой стороны, все это время Даниял отталкивался именно от того, что прав отец, и к чему это привело?

Здесь Дан больше был склонен доверять Аверину, которого можно легко вывести из себя, лишь упомянув имя Амира Дзагоева.

— Все, Баграев, хватит, … вы меня со своим Дзагоевым.