Жестокая сказка

Просто иногда случается неприязнь с первого взгляда.

А может, я встречала его прежде? Сколько он за мной наблюдал? Долгие годы. С раннего детства. Человек, желающий для меня адской смерти приближается вплотную. Ближе и ближе.

Черт возьми. Лишь слова Рустама не позволяют отступить.

- Нежная малышка, - говорит Шакал, чуть склонив голову. – Другие с годами портятся, теряют всякую привлекательность, но ты утонченное блюдо, изысканное. Мое грешное наваждение.

Сейчас он обращается ко мне по-немецки. Давно собрал полное досье, прекрасно знает, что я понимаю этот язык. Игры закончены, маски сброшены на пол.

Я должна ответить ему. Должна? Не хочется тратить на него слова.

- Ты сделала ставку не на тех парней, - раздается мягкий смех. – Граф повержен. Рустам Ахметов тоже тебя больше не защитит. На арену выйдет совсем другой герой.

Выдерживаю пристальный взгляд. Мужчина вглядывается в мое лицо с таким видом, точно ждет ответа, и полагаю, лучшее, что я могу сейчас совершить – молчать. Он не получит ничего, не добьется реакции.

- Ты не знаешь Викинга, верно? – бесцветные глаза буквально вгрызаются в меня, пустые, белесые, в них не различается четкого оттенка, сплошная серость. – Говорят, он приходил в дом тех славных ребят, что похитили тебя из ночного клуба. Порезал всех. Но тогда был силен Ахметов. Берег, прикрывал. Теперь рядом никого. Только наблюдатели. Тяжело придется. Стоило бы испугаться. Разве нет?

Странно, лишь стоит ему упомянуть Викинга, я наоборот успокаиваюсь, дыхание вмиг выравнивается, разум проясняется и гораздо легче держать спину прямо.

Пусть болтает. Пусть угрожает. Рустам доверяет Викингу – вот самое главное. Тоже буду доверять. Куда он, туда и я. Там моя судьба. Настоящая.

- Про его подвиги слагают легенды, - впечатление, точно этот человек наслаждается звуком собственного голоса. – Викинг превращает людей в ангелов. Возвышает. Дарит смертным крылья. Разве не прекрасно?

Вознесение. Вот что упоминал Рустам прежде.

- Скажи, малышка, ты когда-нибудь слышала про развлечения северных народов? Они знали толк в занятных забавах. «Кровавый орел». Ничего не напоминает? Не затрагивает струны души?

Ответ читается в моих глазах. Наверняка. Теперь пазл складывается воедино в моей голове. Тот парень позади. Лже-Граф. Вот оно. Древняя пытка. Отражение крайней жестокости.

- Вижу, ты впечатлена, - заключает Шакал довольным тоном. – Такая тихая. Странно. Мой братец предпочитал разговорчивых и раскрепощенных девушек. Почему не размыкаешь губы?

Уперто молчу. Рот превращается в одну тонкую линию.

- Ладно. Викинг тебя разговорит, - отходит в сторону, продолжает оценивать. – Жаль, братец не дождался. Взлетел на небеса прежде времени. Или рухнул в пекло? Ему везде будут рады и примут с распростертыми объятиями.