Жесткий вариант

«Первый»… «Шестой» на «двенадцатом» — перекресток Строителей и Морской».

«У вас там на Караваевой драка в общежитии ЖБИ».

«На Караваевой — это не у нас, но так уж и быть…»

«Да уж сделай одолжение, Антипов!»

«Вас понял…»

Я доехал по каменистому берегу до самой кромки и остановился так, что набегавшие волны щекотали широкие покрышки «ниссана». Мы с Толиком разделись и, словно в позднем нашем детстве, наперегонки бросились в море. Вода оказалась теплой, как забытый в термосе позавчерашний чай. До безлюдного, не приспособленного для купания участка берега, примыкавшего к порту, доносились гудки теплоходов, гудение портальных кранов; пахло морем, арбузами, августом и чем-то еще, возвращавшим меня в счастливые времена.

— Ты с инспекцией к нам или как? — чавкая купленным мною по дороге персиком, невзначай поинтересовался Кифа, когда мы уселись на горячих валунах.

— С инспекцией генералов посылают, — зашвырнул я в море окатыш. — А я сюда с диогеновой миссией.

— Не понял.

Я подошел к машине и достал из кармана лежавшего на заднем сиденье пиджака бумажник.

— Человека ищу, — показал Кифе фото Виталия Жигарина. — Не встречал?

Он внимательно посмотрел на фотокарточку, перевел взгляд на меня.

— Он что, в розыске?

— А я что, на блины к теще сюда приехал?

— И что натворил?

— Спрятал у подельника полтора килограмма кокаина. Мы его взяли, а кокаин не нашли. Пока искали, он с калымского этапа ушел. Подельника мертвым нашли и след порошка в погребе.

Я рассказал все как на духу, кроме того, что это легенда, под которой внедряли Жигарина в градинскую группировку.

— Не встречал. А с чего вы взяли, что он у нас?

— Из оперативных данных. Кифа вернул мне фотокарточку.

— Не-а, — уверенно покачал головой. — Его ты, может, и найдешь, а кокаин на местном рынке не появлялся. Он у нас дважды фигурировал: украинские таможенники в трюме «Батайска» бесхозный пакет нашли, и грузовик из Краснодара неподалеку накрылся. У одного барыги был градинский паспорт, но это еще не значит, что они его сюда везли. У нас тут «марки» с ЛСД нарезают, гашиш. Недавдо я ханурика с порцией метаквалона на колхозном рынке прищучил. А коку хохлы из Турции Черным морем возят, мы от их маршрута в стороне.

Либо Кифарский намеренно вводил меня в заблуждение, сглаживая остроту ситуации перед министерским посланником, либо он мелко плавал и видел обстановку с колокольни инспектора угро. Могло быть и третье: столичный чиновник Хадынин выдал свою версию за факт.

— Кто у вас тут в «авторитетах» ходит? — спросил я, пряча фотокарточку.

— А, есть тут «святая троица» — в каждом районе свой. На Монастырке — Шорох, в Морском — Демьян, на Виноградниках — Зайчевский по кличке Скок. Набрали команды из дезертиров, спортсменов, качков.