Жест Лицедея (СИ)

— Из-за тебя я плохо спала эту ночь. Пусти меня. Мне нужно собираться.

Она пошла к своей комнате, а я стоял в коридоре, глядел ей в след и думал: «Я очень постараюсь, чтобы эту ночь ты спала хорошо. При чем в одной постели со мной».

После обеда я съездил в «Аполлонию». Хозяин ресторана не подвел, и две бутылки редкого в Византийской губернии вина теперь были у меня. По пути заехал на Николаевскую и купил роскошный букет роз. Когда я вернулся, меня неожиданно посетил Весериус, и мы с ним позанимались часа полтора-два. Честно говоря, я не понял причин его визита. Ничего нового магистр мне не открыл, а обычная практика по известным мне техникам — так это я могу и без него. Поболтали о всяком, он как обычно с шутками, приколами. Но кое-что меня озадачило, когда он уже исчез. Озадачили его слова:

— Светочка Троцкая хороша. Хороша, чертовка. Я бы ей и сам засадил. Жалко нет на примете подходящей тушки. Ну такой, чтоб ей не стыдно было впереть.

Вот зачем это он сказал? Старый развратник. Просто так поделился своими хотелками? Вряд ли.

И времени моего он потратил изрядно. До ужина оставалось всего ничего, а нужно мне было многое успеть. Я поспешил в хозяйственное крыло, отыскал Пелагею Никоновну и выведал у нее, что Ирина Львовна больше всего любит на ужин. Внес в перечень названых блюд кое-какие коррективы и пожелал именно эти яства. Причем приготовить все это на час позже и подать в покои Ирины Львовны.

Когда приехала Ирина, я встретил ее в фойе и сообщил, что ужин состоится на час позже, меню утверждено мной и все будет подано в ее покои. И когда она приоткрыла ротик, чтобы высказаться, я добавил:

— Таково решение мужчины!

Она порозовела и, и было видно, что сдерживает смех.

Когда мы поднялись на этаж, она остановилась у поворота к себе и спросила:

— Саш, ну что ты такое задумал? Зачем это все?

— Я хочу сделать тебе приятное. Очень надеюсь, что преуспею в этом больше, чем Лапин, — ответил я, не спеша ее отпускать.

— Дался тебе Павел Иосифович. Ты в самом деле ревнуешь меня? Скажи правду? — она сделала шаг ко мне.

— Вся правда откроется в твоих покоях. Приду через час, — я развернулся и пошел к себе."

"Было искушение выйти на тонкий план и заглянуть к ней. Но я этого делать не стал. Оставшееся время потратил на просмотр статей в журналах. Дочитал большую интересную статью в «Яркая жизнь» о госпоже Троцкой. И там ее сексапильная фотография — эти иллюстрации я стал называть фотографиями. Не знаю, как они делаются, но от обычных фото малоотличимы. Так вот, Светочке двадцать два года, и несмотря на столь молодой возраст, она — звезда не только российской прессы. Оказывается, в ее поклонниках очень влиятельный римский сенатор, и даже верховный жрец Тота из Александрии, пытается добиться ее расположения.