Жест Лицедея (СИ)

Ирина, держа факел с нетерпением заглядывала мне через плечо. А у меня, с каждым снятым слоем оболочки росла в душе тревога.

Вот я освободил какие-то исписанные листы. Некоторые вроде каких-то записок, набросков и схем, некоторые с печатями, похожие на серьезные документы. Потом какой-то небольшой тубус. И вдруг под слоем мягкой ткани сверкнуло что-то. Еще немного и Ирина Львовна ахнула, вцепившись в мою руку.

— Саша! Это корона! Имперская корона Романовых! — воскликнула она, глядя на изящные золотые обводы, сверкающие драгоценными камнями.

Ну, быть может. «Маме» виднее. Хотя откуда ей знать, если Ульяновы сменили Романовых задолго до ее рождения. Но эта штука, сверкающая в свете факелов, точно корона. Только какова ее ценность для нас и для Троцких? Вряд ли эта ценность заключатся в золоте и камешках — Троцкие очень богатые люди, для них такое не стоило бы всей поднятой суеты.

Будто отвечая на мои мысли, Ирина сказала:

— Есть указание святых от Перуна: кто корону Романовых наденет в определенный день, тот и будет править империей. И Ульяновы уйдут. В святом указании есть еще какие-то условия — я их не знаю, но твой отец об этом говорил. Но у меня и мыслей не было, что он с Денисовым так близок к романовской короне.

— Может они ее для Трубецкого готовили? Или кого-то из Романовых, что в эмиграции? — предположил я, оставаясь в значительном недоверии, разумеется, не к словам Ирины, а к указаниям тех святых. Мало ли, что жрецы или иные личности могут ляпнуть. С чего бы сам факт надевания короны должен решать судьбу имперского трона? Вот я ее если сейчас напялю, стану ли я императором? Ах, да, там еще какие-то неведомые условия.

— Я тебе точно говорю, — продолжила графиня, видя глубокие сомнения в моих глазах. — Корона Романовых знающими людьми считается, как одна из сильнейших реликвий и вещь, конечно, магическая. Ведь Романовы тогда потеряли власть, когда корону у них украли.

В этот миг раздались выстрелы у самого входа в склеп. Чуть раньше, чем я успел положить корону и активировать «Щит Ахилла» в склеп вбежала Светлана Троцкая и трое мужчин. Судя по всему маги.

— Руки за спину! Живо! — Троцкая держала меня на прицеле четырехзарядного пистолета. Второй пистоль взял на прицел Ирину.

То, что валькирия стреляет без промаха, я уже знал. Еще бы: «Ей завидует Диана». И следующим скверным открытием для меня стало ощущение оцепенения, которое все усиливалось. Я не мог даже шевельнуть пальцами рук, заведенных за спину. При этом чувствовал, как моя магическая энергия шустрым ручейком утекает к человеку, стоявшему рядом с Троцкой и направившему на меня руки с растопыренными пальцами. В общем, интуиция меня не обманула. Нельзя было расслаблять булочки.

Глава 26.