Охотники и жертвы

Он продолжал круговыми движениями втирать в мою кожу мазь.

В его голосе прозвучало что-то, подсказавшее мне, что углубляться в эту тему не следует.

– Я… Извини. Я не имела в виду ничего плохого…

– На самом деле… ты, скорее всего, и не подумала бы, что это плохо, – ответил он спустя, наверно, целую минуту и натянуто улыбнулся. – Ты не знаешь своего отца?

– Нет. Мне известно лишь, что у него были классные волосы.

Дмитрий скользнул по мне взглядом.

– Наверно. – Он снова занялся моими руками. – Я знал своего отца.

– Правда? Большинство моройских парней не остаются… в смысле, некоторые остаются, но обычно они просто…

– Ну, он любил мою мать. – Он произнес слово «любил» почти с отвращением. – И часто бывал у нее. Он отец и моих сестер. Но когда он приходил… ну, он не слишком хорошо обращался с матерью. Делал ужасные вещи.

– Например? – Я заколебалась. В конце концов, речь шла о матери Дмитрия, и я не знала, как далеко могу зайти. – Те, что делают с «кровавыми шлюхами»?

– Нет, он зверски избивал ее.

Он наложил повязки на мои руки, но по-прежнему держал их в своих; по-моему, даже не замечая этого. Я-то уж точно заметила. Его руки были большими, теплыми, с изящными длинными пальцами. В другой жизни он мог бы играть на пианино.

– О господи! – воскликнула я. – Какой ужас! – Я невольно стиснула руки, в ответ он сжал свои. – Это кошмар. И она… она позволяла ему это?

– Она – да. – Уголок его рта приподнялся, возникла лукавая и одновременно грустная улыбка. – Я – нет.

Меня захлестнула волна восхищения.

– Расскажи мне, расскажи! Ты выбил из него это дерьмо?

Его улыбка стала шире.

– Класс! – Я думала, что круче, чем Дмитрий, быть невозможно, но ошибалась. – Ты отдубасил своего папочку! В смысле, это, конечно, ужасно, но… Здорово! Ты и вправду бог.

Он удивленно уставился на меня.

– Так, ничего. – Я поспешно сменила тему разговора. – Сколько тебе тогда было лет?

Он по-прежнему выглядел слегка ошеломленным из-за этого моего замечания насчет бога.

Вот это да! Ну, точно бог.

– Ты отколотил отца, когда тебе было всего тринадцать?

– Это оказалось не так уж трудно. Я был сильнее его и почти такого же роста. Я не мог позволить ему продолжать в том же духе. Хотел, чтобы он усвоил – быть мороем из королевской семьи не означает, что можно творить что угодно с другими людьми… даже с «кровавыми шлюхами».

Я просто ушам своим не поверила. Неужели он имел в виду собственную мать?

Отдельные куски головоломки встали на свое место.

– Ты поэтому так расстроился из-за Джесси? Он тоже из королевской семьи и тоже пытался воспользоваться этим своим преимуществом по отношению к девушке-дампиру.

Дмитрий отвел взгляд.

– Я расстроился по многим причинам.